Он возвращает дому тепло

22.01.2009
Просмотров: 5305

Бизнес Владимира Зорина — строительство индивидуальных домов по немецкой технологии с использованием несъемной опалубки из пенополистирола.

В кабинете Владимира Зорина, генерального директора компании «Теплый дом-НН», на стене висит сувенир из Иерусалима — медальон с текстом «Благословение для бизнеса». И хотя отлично понимаешь, что сувенир не уникален, после разговора с хозяином кабинета приходит мысль, что «Благословение» появилось здесь не случайно.

Бизнес Владимира Зорина — строительство индивидуальных домов по немецкой технологии с использованием несъемной опалубки из пенополистирола. Даже в современных непростых условиях платежеспособный спрос на индивидуальное жилье, возводимое по такой технологии, неизменно растет.

— Наша компания работает в двух направлениях. Это непосредственно строительство, которым мы занимаемся с 2006 года, и продажа пенополистирольных блоков сторонним организациям. Поскольку как строители мы работаем в основном по госзаказу, то рост или падение спроса в нашем сегменте могу оценить по заказам опалубки. Так вот за последние три года объем продаж несъемной опалубки увеличился в несколько раз. Если в среднем на коттедж идет 800 блоков, то только по нашей технологии, но без нашей помощи, в 2007 году было построено (быстро считает на калькуляторе) 40-50 домов. За этот год данные еще не анализировали, но могу сказать, что по госзаказу мы построили 70 домов. Конечно, в общем объеме строительства это не очень много, но, как видите, спрос есть, и он растет.

— Госзаказ — это работа по областной программе обеспечения жильем молодых специалистов на селе?

— Да, мы участвуем в ней уже третий год. Все свои обязательства выполнили. Даже по просьбе правительства области дополнительно сделали тот объем, который не смогли сделать некоторые другие подрядчики. Сроки были жесткие, но мы успели и все сделали.

Программа хорошая, и нам участие в ней достаточно выгодно. Областная власть все свои финансовые обязательства выполняет. А вот местные власти — далеко не всегда. Их задача — подвести коммуникации, чего зачастую и не происходит. Мы дом построили, а подключить его не к чему: нет ни водопровода, ни газа, ни электричества.

Вот два примера диаметрально противоположного отношения муниципальных властей. В городе Арзамасе мы поставили целую улицу — 13 домов. Местная власть (молодцы!) свою работу успела сделать вовремя. И все дома уже приняты будущими новоселами. Мы теперь подключаем обогревательные котлы. А в Выездном — это уже Арзамасский район — 4 построенных дома стоят пустые. Вот только что сообщили, что в одном из домов стекла уже разбили. Слава Богу, мы туда котлы не завезли.

— Получается, что прелесть работы по госзаказу только в одном — большой и понятный объем работ и гарантированная оплата по контракту. А с частниками как?

— С частником хорошо работать, если он сделал предоплату. Если контракт подписан с государством, то есть график поступления средств. И государство платит в соответствии с ним. Работая с частником, я не знаю, как от него будут поступать деньги. Остановить индивидуальную стройку — смерти подобно. Это многоэтажку можно «заморозить», хотя и нежелательно. А частный дом надо достроить обязательно, иначе он пропадет. Поэтому с частными заказчиками основная проблема — оплата. Если этот вопрос решен, то дом строится очень быстро, и никаких проблем не возникает.

— А помните своего первого заказчика?

— Не только помню, но и периодически с ним встречаюсь. В 2003 году на форуме «Архитектура и строительство» мы впервые в Нижнем Новгороде представляли технологию несъемной опалубки. К нашему стенду подошел человек и радостно воскликнул: «Вот вас-то я и ищу!». Оказывается, он в Германии жил именно в таком доме и долго искал фирму, которая могла бы построить для него аналогичное жилье здесь. Я нашел строительную компанию, которая взялась строить, обучил строителей новой технологии. Теперь этот человек приходит на каждую строительную выставку, рассказывает как у него дела. Он по этой же технологии потом сделал пристрой, построил гараж. В общем, он очень доволен.

— Сейчас кажется, что идея многофункционального использования опалубки лежит на поверхности: материал, который можно использовать для утепления, используется для придания формы. Получается практически безотходное строительство. Почему же так долго технология не применялась?

— В советские годы, как известно, индивидуальное домостроение не очень-то приветствовалось. Считалось, что лучше строить многоквартирные дома. Даже в деревне. И разговоры о «буржуазных» энергосберегающих технологиях тогда были излишними. Чего там сберегать: газа и нефти у нас много, электроэнергии тоже. А если что, так и реки вспять повернем, когда партия прикажет. Никто не обращал внимания на то, что эти новые технологии позволяют экономить не только на строительстве, но и на эксплуатации дома.

Немцы же оказались не такими богатыми, как мы. Древесины у них мало, камень — слишком трудоемко. Вот они и стали искать новые технологии строительства.

В 1955 году немецкий концерн BASF решил испытать новый материал пенополистирол, сделав из него слой теплоизолирующего покрытия на крыше своего завода. На такой крыше разность температур летом и зимой, днем и ночью может достигать 80-120 градусов по Цельсию. Результаты испытания превзошли все ожидания. Когда через 40 лет разобрали часть покрытия крыши, оказалось, что пенополистирол сохранил все первоначальные качества.

Потом появилась идея использовать этот материал для изготовления опалубки в монолитном домостроении. Причем по окончании строительства опалубка не снимается, а служит двойным (изнутри и снаружи) утеплителем. Сделали пенополистирол слабогорючим, проверили на прочность, на впитывание воды, на теплопроводность. И пришли к выводу, что это — самый эффективный энергосберегающий материал.

Нет в строительстве другого материала, который не забирает, а отдает тепло. Приложите к нему руку и через некоторое время почувствуете, что пенополистирол возвращает вам ваше тепло. Коэффициент теплопроводности пенополистирола — 0,036. Меньше нет ни у одного другого материала.

Эту технологию я привез в Нижний Новгород в 2003 году. Вначале я занимался только ее внедрением на рынок. Постепенно она стала приживаться, многие поняли ее ценность и выгодность, увидели реальные объекты, построенные по этой технологии. Первые 10 домов были построены в Сарове, несколько частных домов — в Нижнем. Через три года можно было уже констатировать увеличение объемов строительства, но не хватало людей и компаний, которые умели и хотели бы применять эту технологию. На нашем рынке оказалось очень мало компаний, занимающихся строительством коттеджного или индивидуального жилья. Поэтому в 2006 году я организовал строительную компанию. Продолжаем заниматься внедрением технологии и продажей опалубки, но теперь еще и строим сами. Индивидуальное строительство, если решить проблемы, с ним связанные, может очень сильно помочь в решении жилищной проблемы.

— А какие особые проблемы у индивидуального строительства? Если есть участок земли и деньги, строй себе на здоровье. Хоть сам, хоть с вашей помощью.

— Уже несколько лет повторяю: спасение России и ее экономический рост напрямую связан с ростом индивидуального домостроения. Психология хозяина квартиры в большом доме отличается от психологии домовладельца. В частном доме человек постоянно что-то улучшает. Строит гараж, баньку, благоустраивает дом и территорию. И этот процесс не останавливается никогда. Потому что человек — хозяин! Я заметил, что проекты индивидуальной застройки не повторяются. Они потому и называются: индивидуальные. Человек хочет быть особенным.

Кроме того, посмотрите, на строительных выставках 90 процентов экспонатов — продукция для индивидуального жилья. Если остановить малое строительство, то миллионы людей лишатся работы и заработка. А если его развернуть шире, то другие миллионы найдут работу и постоянный источник дохода.

Вот есть одна проблема, которую, по-моему, надо решать срочно. Причем решение должно быть политическим. Индивидуальное строительство сдерживается обязательным лицензированием строительных компаний. А что такое лицензия? Это не просто листок бумаги, который висит на стене в рамочке. Это дополнительные затраты. Ведь чтобы получить лицензию, нужны колоссальные деньги и штат специалистов определенной квалификации. Их всех надо прокормить. Маленькие компании не могут себе этого позволить. Вот и увеличивается стоимость строительства. И если для многоквартирного дома это проценты, то для индивидуального — десятки процентов. Многие ли готовы переплачивать?

Сюда же можно отнести вопросы отведения земли. В некоторых районах с застройщика требуют заплатить за градостроительный план участка. Сюда же нужно отнести процесс сдачи-приемки, проблемы с юридическим оформлением, если работать приходится в другом районе. В общем, как юридическому лицу мне с частником работать проблематично.

А недавно меня вызвали в прокуратуру и сказали, что я нарушил природоохранное законодательство, поскольку складировал на земле стройматериалы. Я юрист, но оказывается, мы по-разному читаем закон. Вся статья закона посвящена хранению опасных веществ, а последняя фраза звучит так: «…или иные опасные вещества». Я читаю «опасные», а они читают «иные». Выписали мне штраф. Я буду его опротестовывать. Если суд признает правоту прокуратуры, то окажется, что на земле нельзя будет вообще ничего складывать. Даже ходить по ней нельзя: ботинки тоже из «иных» материалов сделаны.

— Как юрист в строительном бизнесе оказался?

— Я всю жизнь занимался строительством. Только строил самолеты на авиазаводе. А в юристы попал из-за Жириновского. В 90-х участвовал в избирательных кампаниях и как кандидат, и как член избиркома от партии «Яблоко». Тогда Владимир Вольфович на всю страну заявил, что у «яблочников» не нашлось юриста, чтобы направить его в избирательную комиссию. Вот я и поступил в наш университет, закончил его и получил диплом юриста.

— Не хочется ли сейчас организовать производство пенополистирольных блоков?

— Конечно, хочется. Я производственник по натуре. Но стоит оборудование 600 тысяч евро. Нужно место, где его поставить. Нужна хорошая котельная: по технологии температура пара должна быть около 200 градусов. И главное — нужен партнер. Сейчас идут переговоры, и надеюсь, эта мечта исполнится.

— Такой проект наверняка заинтересует областную власть. Тем более, что вы работаете по реализации ее программ. Насколько вам нужно «благословение» власти, чтобы реализовать свое желание производить опалубку здесь, а не возить ее из Астрахани?

— В принципе, власть меня давно склоняет к реализации этого проекта. Но мне хочется не только опалубку производить. Есть идея поставить производство так, чтобы отработанный пар использовать. Например, строим мы коттеджный поселок из наших домов и рядом — производство, на котором выпускаем пенополистирольные блоки, а отработанный пар обогревает поселок.

Вот сейчас говорят, что государство приобретает недостроенное жилье для переселения людей по 39 тысяч рублей за квадратный метр. Да и на совещаниях в областном правительстве строители говорят, что себестоимость квадратного метра превышает 20 тысяч рублей. Давайте сравним с домом для молодых специалистов, который мы сдали в этом году в Выксе «под ключ». Строительство стоило 1,95 миллиона рублей. При площади в 128 квадратных метров стоимость одного квадрата получается 15 с половиной тысяч рублей. Есть разница?

Кроме того, «под ключ» — это значит, что в доме есть свет, вода, газ, канализация. Осталось только завезти мебель и прибить над дверью подкову. На счастье. А тепло в доме мы уже обеспечили.

Алексей Вальский

Источник: Архив: Нижегородский бизнес-журнал
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.