Бизнес в фас

18.02.2010
Просмотров: 2284

Задача антимонопольного законодательства — помогать развиваться бизнесу. Так считают и представители ФАС, и предприниматели. Однако в существующем антимонопольном законодательстве есть много мест, которые пока не позволяют это делать эффективно.

Задача антимонопольного законодательства — помогать развиваться бизнесу. Так считают и представители ФАС, и предприниматели. Однако в существующем антимонопольном законодательстве есть много мест, которые пока не позволяют это делать максимально эффективно.

Второй антимонопольный пакет вступил в силу 23 августа 2009 г. Подписывая соответствующий закон, Дмитрий Медведев говорил о том, что новые законодательные правила помогут многим компаниям выжить в сложных экономических условиях.
В январе 2010 г. Игорь Артемьев, глава российского ФАС, отчитываясь перед президентом страны о проделанной работе, сообщил, что количество дел, возбужденных антимонопольным ведомством, увеличилось на треть. «В первую очередь наши территориальные органы стали более активными, а самое главное, удалось закрыть лазейки, через которые от ответственности уходили многие мошенники»,— рассказал г-н Артемьев.
Увеличилось и число дел, возбужденных Нижегородским УФАС. В первом полугодии их количество превысило 450, тогда как за первое полугодие 2008— менее 200. Сумма штрафов, наложенная за этот период, приближается к 271 млн руб. (сумма начисленных штрафов за аналогичный период 2008 г. не составила и 550 тыс. руб.)
Проблема не в службе, а в законе
В своем недавнем интервью руководитель ФАС России Игорь Артемьев охарактеризовал возглавляемый им орган как «больше карательный, чем аналитический». В подтверждение слов федерального руководителя многие региональные управления ФАС используют, в основном, карательные меры в отношении хозяйствующих субъектов, считают в компании «ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт». Порой такой подход доводит до анекдотичных ситуаций: иногда некоторые хозсубъекты не подозревают, что их действия могут быть квалифицированы как нарушение антимонопольного законодательства вплоть до момента возбуждения ФАС расследования.
Впрочем, большинство нижегородских бизнесменов относятся к работе ФАС с пониманием. Михаил Иванов, генеральный директор компании «ТрансТелеком-Нижний Новгород»: «Нашей компании приходилось обращаться в УФАС по Нижегородской области с просьбами дать оценку некоторым документам, в том числе договорам между управляющими компаниями бизнес-центров и операторами связи, присутствующими в их зданиях. В ответ мы получали развернутые разъяснения со ссылками на соответствующие нормативно-правовые акты, которые можно расценивать как консультации».
УФАС действует строго в рамках антимонопольного законодательства. Другое дело, что существующая правовая база нуждается в определенной корректировке и совершенствовании.
Закон не учитывает специфику отраслей
О несовершенстве антимонопольного законодательства говорят представители всех крупных бизнесов. Главная проблема, по мнению экспертов, заключается в том, что в законе содержатся только общие положения, специфика отдельных отраслей никак не учитывается. Это приводит к произвольному толкованию каждым территориальным органом таких понятий, как ценовой лидер, минимальный период определения показателей хозяйствующей деятельности субъекта на товарном рынке и т.д. Используемые в действующей редакции ФЗ понятия монопольно высокой и монопольно низкой цены содержат недвусмысленное предписание изменять стоимость товара в случае существенного изменения расходов. При этом не учитываются принципиальные для рынка экономические факторы. Например, для рынка реализации нефтепродуктов это сезонность.
Михаил Иванов считает, что в отрасли телекома ФАСу неплохо было бы обратить внимание на практику присутствия в бизнес-центрах эксклюзивных операторов связи. «Собственники бизнес-центров часто предоставляют преимущественное право оказания услуг телефонии и доступа в Интернет в здании бизнес-центра одному оператору. На деле же это означает эксклюзивное право и арендаторы офисов фактически лишаются возможности выбирать поставщика услуг связи»,— считает г-н Иванов. Понятно, что собственник не обязан заключать договор с каждым желающим оператором и что, если каждый новый оператор будет строить еще одну распределительную сеть, зданию может быть нанесен урон. Кроме того, эксклюзивный оператор может номинально иметь коммерческое предложение для прочих операторов по использованию его сети. Поэтому, рассматривая жалобы на действия собственника или эксклюзивного оператора, суды и ФАС зачастую не видят в их действиях нарушений законодательства. «Но, с другой стороны, создается ситуация, когда есть желающие потреблять услугу, желающие ее оказывать, и есть соглашение третьих сторон, ограничивающее возможность оказания услуги»,— поясняет руководитель «ТрансТелеком-Нижний Новгород».
Олег Шавин, директор филиала «Нижнов-энерго» ОАО «МРСК Центра и Приволжья», отмечает, что для его компании Управление антимонопольной службы является регулятором. И здесь у Антимонопольной службы могут возникать вопросы по исполнению законов, постановлений Правительства РФ. Например, это касается исполнения филиалом «Нижновэнерго» 334-го постановления Правительства РФ. Согласно ему компания обязана обеспечить технологическое присоединение энергопринимающего устройства потребителя 15 кВт включительно в течение шести месяцев и за цену, непревышающую 550 руб. Олег Шавин: «Скажем честно, это не самая простая часть нашей работы. Например, приходит владелец кафе, коттеджа или гаража и заявляет: «Есть 334-е постановление. Будьте любезны исполнять». Компании, чтобы подключить это кафе, во многих случаях нужно затратить гораздо большую сумму, которая может достигать десятков млн руб. Что вызывает мое наибольшее изумление— потребители, сделавшие такие заявки, зачастую еще и не подписывают акт выполненных работ. Мы все сделали, предлагаем подключиться, а клиент отвечает: «Я еще крышу у коттеджа не достроил. Дострою, потом подключусь». Без подписи на акте Региональная служба по тарифам не учитывает понесенные расходы при формировании тарифа по системе «Затраты плюс». Регулятор заявляет: «Затраты ты понес, но дело не доделал— у тебя нет финальной точки подключения— акта о выполненных работах».
По словам г-на Шавина, в этой части и могут возникать разногласия с Антимонопольной службой. Однако компания может обосновать все действия или в крайнем случае попросить время на то, чтобы исправить какие-то погрешности в работе. ФАС, как правило, идет навстречу.
Бизнес и ФАС пытаются наладить конструктивное взаимодействие
Случаев недопонимания между ФАС и бизнес насчитывается множество. Чтобы обсудить наиболее часто возникающие проблемы и попытаться их решить, комитет РСПП по энергетической политике при поддержке Нижегородского отделения партии «Единая Россия» в начале декабря собрал на семинар-совещание представителей регионального бизнеса и местного управления антимонопольной службы.
В полемике определились наиболее острые, с точки зрения бизнесменов, углы. Как показывает практика «ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт», которая регулярно выступает оппонентом ФАС в судах, проблемы применения антимонопольного законодательства имеют несколько уровней. Первый— недостаточность нормативно-правовой базы. Второй— некорректное применение положений нормативно-правовой базы при расследовании антимонопольными органами дел по признакам нарушения антимонопольного законодательства. Третий— отсутствие достаточной правоприменительной практики, что приводит к принятию арбитражными судами различных регионов решений, противоречащих друг другу даже при совершенно одинаковых обстоятельствах рассматриваемых дел.
Есть еще несколько спорных пунктов— неоднозначно толкование таких понятий, как «согласованные действия», «доминирующее положение», «вертикальные соглашения». Нет четкого понимания деталей привлечения к административной и уголовной ответственности.
Михаил Теодорович, руководитель Нижегородского УФАС России, присутствовавший на мероприятии отметил, что ему нравится полемический тон развернувшейся дискуссии. «Это хорошо и правильно, так как нет положения дел, когда, бизнес идет на наши комиссии, как животное на бойню. То, что он сопротивляется— а у него для этого много возможностей— это прекрасно».
Михаил Теодрович согласился с мнением о том, что всегда есть вероятность наказать невиновного. Однако, по его мнению, законодатели приняли все меры для того, чтобы этот риск минимизировать. «Решении о применение санкций к той или иной компании проходит через два фильтра антимонопольного законодательства: судебную процедуру и квазисудебную процедуру. Последнюю выполняет комиссия антимонопольного органа. Она независима и принимает решение коллегиально. Такая система фильтров реально позволяет «отделять зерна от плевел».
Нижегородский представитель Федеральной антимонопольной службы ратует за то, чтобы в сознании бизнесменов ФАС из карающего органа превратился в арбитра, консультанта. В ряде случаев такие отношения действительно выстраиваются. Алексей Душкин, экс-директор «Нижегородской аптечной сети»: «Аптечный рынок— один из тех, на которые ФАС обращает наиболее пристальное внимание наряду с нефтяниками и ретейлом. Но у нашей компании трений со службой не возникало. На мой взгляд, все просто: соблюдай правила, и к тебе претензий не будет».
Дмитрий Груданов, директор Волго-Вятского филиала X5 Retaul Group, отмечает, что торговые сети всегда находились и будут находиться под пристальным вниманием со стороны ФАС, особенно в период финансового кризиса, когда особое внимание уделяется цене. Но трений с ФАС также не возникает. «Мы ведем постоянную оперативную и конструктивную работу как с руководством ФАС, так и с соответствующими территориальными органами. Обсуждаем актуальные проблемы в сфере розничной торговли, решаем вопросы по различным сделкам. Например, на одной из встреч были затронуты темы взаимоотношений между розничными сетями и поставщиками продукции. Или еще пример: прежде чем начать важные переговоры по приобретению сети «Патерсон», Х5 получила одобрение».
Однако пока наладить конструктивное сотрудничество получается не у всех. Многие крупные компании попросту отказались комментировать свои отношения с ФАС, выразив свое отношение к службе примерно в таких выражениях: «Где-то мы их делаем, где-то они нас. Но зачем рассказывать об этом? Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо».


Михаил Теодорович, руководитель Нижегородского УФАС России
Законодатели отреагировали на статистику
В последние два года в Нижегородской области доля нарушений антимонопольного законодательства со стороны органов государственной власти неуклонно растет. В 2007 г. она составляла 38%, в 2008 — 41%, в первом полугодии 2009 — уже 75%. Новые нормы антимонопольного законодательства позволяют применять в отношении должностных лиц местного самоурпавления различные санкции, в том числе и дисквалификацию. Также введена ответственность за недопустимые соглашения, сторонами которых являются органы власти. Это очень правильно, так как любой документ, подписанный должностным лицом, профилирует рынок. Мы специально обращались в различные компании с просьбой анонимно сообщить, каким образом они воспринимают рекомендации органов власти. Подавляющее большинство ответили, что рекомендации воспринимаются ими как директива. Может быть, это происходит в силу привычки, которой бизнес обязан прошлому нашей страны.

Михаил Теодорович, руководитель Нижегородского УФАС России

270 991 тыс. руб.
сумма наложенных штрафов

336 заявлений
более 450 дел
59 постановлений о наложении штрафа

Три основных причины, по которым обращаются в ФАС
1| Навязывание невыгодных условий договора.
2| Необоснованный отказ от заключения договора,
3| Нарушение порядка ценообразования.
Источник: Нижегородское УФАС России.


«ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт» — основной налогоплательщик Нижегородской области — был и остается одним из главных объектов пристального внимания регионального УФАС. Штрафы, накладываемые антимонопольным ведомством на нефтетрейдера, в отдаленной перспективе могут снизить налоговые поступления в бюджет. Правда, при условии, что эти штрафы будут выплачены.

В конце декабря 2009 г. Нижегородское УФАС России признало ООО «ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт» виновным в злоупотреблении доминирующим положением на товарном рынке, выразившемся в установлении монопольно высоких цен на автобензин и дизельное топливо. Размер административного штрафа за совершение правонарушения составил 45818 тыс. руб.— 1% от выручки на рынках розничной реализации нефтепродуктов в Нижнем Новгороде в 2008 г. Решение УФАС в силу пока не вступило: ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт обжаловало его в Арбитражном суде Нижегородской области, разбирательство продолжается. По мнению начальника планово-экономического отдела ООО «ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт» Михаила Созинова, этот штраф вряд ли будет заплачен.
— Нас не раз и не два обвиняли в злоупотреблении положением. Если брать штрафы, выставляемые нам во всех регионах присутствия «ЛУКОЙЛ-Волганефтпродукт», их сумма перевалит на несколько сот миллионов. Однако в суде мы, как правило, отстаиваем свою позицию. За последние годы проигранных дел у нас не было.
С чем вы это связываете?
— Мы не принимаем непродуманных решений. Любое свое действие— будь то повышение цены или наоборот ее понижение, либо решение об установке АЗС в конкретном месте и т. п.— мы оцениваем с точки зрения возможных рисков нарушения антимонопольного законодательства к нему от ФАС.
Но ведь претензии есть, причем регулярные претензии!
— Дело в несовершенстве антимонопольного законодательства. Нормативно-правовая база ФЗ недостаточна, ее трактование со стороны ФАС РФ неоднозначно. Различные приказы и разъяснения, которые издаются ФАС РФ в дополнение к ранее разработанным методическим материалам, нередко противоречат друг другу.
Например?
— Скажем, за последнее время ФАС РФ дважды направлял территориальным органам противоречащие друг другу разъяснения по определению географических границ товарных рынков розничной реализации нефтепродуктов. То есть мы наблюдали абсурдную ситуацию, когда одним и тем же автором разъяснений, в течение периода менее чем в один год, было предложено за географические границы товарного рынка розничной реализации бензинов и дизельного топлива считать как административные границы муниципальных образований, так и регионов. Невзирая на то, что площади территорий регионов и входящих в него муниципальных образований отличаются в десятки раз.
Недавние правки в Административном регламенте по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства дают возможность территориальным антимонопольным органам произвольно решать, проводить или не проводить анализ и оценку конкурентной среды на исследуемом товарном рынке. В нашей практике были случаи, когда управление ФАС в одном из регионов присутствия «ЛУКОЙЛа», принимая решение по делу о согласованных действиях, географические границы товарных рынков не определяло, анализа конкурентной среды и влияния на нее действий хозяйствующих субъектов не проводило, так как необходимость такого анализа, по его мнению, отсутствовала. В другом регионе местный УФАС при принятии аналогичного решения географические границы товарного рынка определил произвольно, хотя на нем и лежала обязанность обосновать уровень географических границ товарного рынка.
И таких примеров можно найти немало.
В итоге получаются нескончаемые тяжбы. ФАС на вас, вы на ФАС...
— Для России сейчас это нормальная ситуация. Правоприменительная практика по антимонопольному законодательству у нас ничтожна. Особенно по сравнению со странами, где подобные законодательства существуют уже несколько веков. В США антитрестовый закон Шермана, направленный на борьбу с монополиями, действует с 1886 г., а нашим законам в сфере рыночной конкуренции от роду два десятка лет. Понятно, что за такой период создать правовые механизмы без изъянов невозможно. Чем больше споров сейчас, чем больше нарабатывается практика, чем больше вскрывается узких мест в законодательстве, тем проще будет в дальнейшем. Правда, возможно уже не нам, а нашим потомкам.
Но мы живем сейчас. Наступит ли у нас такое время, когда цены на бензин не будут ударять по карману?
— В нашей стране цены на топливо отнюдь не самые высокие. Возьмите, к примеру, европейские страны, где литр бензина стоит больше евро.
А почему вы не приводите в пример США? Там стоимость бензина упала в три раза— пропорционально падению цен на нефть. Почему у нас этого не происходит?
— Ждать, что в России бензин будет стоить в два раза дешевле, бессмысленно. У нас в стоимости бензина заложена такая налоговая составляющая, которой в США просто нет. Это и налог на использование недр, и на добычу полезных ископаемых, и налог на землю, и еще ряд налогов. Добавьте к этому затраты на добычу, переработку, реализацию. Торговая наценка в формировании цены на бензин не так велика. В мировой практике рентабельность компаний, аналогичных нашей, приблизительно на уровне 7%. У нас этот показатель ниже— до 4%. Не забывайте и о том, что в соответствии с законодательством по промышленной, пожарной и экологической безопасности мы обязаны инвестировать в развитие и поддержание основных фондов. Непредсказуемо и неправомерно накладываемые штрафы ставят под сомнение и это направление. Мы инвестируем в свое развитие огромные деньги. У нас до сих пор есть АЗС, оснащенные старыми ТРК. Переоборудование одной такой АЗС оценивается в 30 млн руб. А их очень немало в отдаленных районах.
Кроме того, в отдаленной перспективе любой крупный штраф отрицательно скажется на налогах, которые мы перечисляем в региональный бюджет. Сумма инвестиций уменьшится на сумму штрафа, развитие предприятия замедлится, налогооблагаемая база снизится. Результат понятен: регион станет беднее.

Алиса Егорова

Источник: DK.RU
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.