Отходы в наследство

04.05.2010
Просмотров: 2866

В мае на Нижегородскую ярмарку съедутся 3,5 тыс. российских и зарубежных экспертов, чтобы обсудить вопросы устойчивого развития территорий — экологию, воду и климат в бассейнах крупных рек планеты, а также проблему утилизации отходов нефтепродуктов.

Нижний Новгород готовится к XII Международному научно-промышленному форуму «Великие реки». В мае на Нижегородскую ярмарку съедутся 3,5 тыс. российских и зарубежных экспертов, чтобы обсудить вопросы устойчивого развития территорий — экологию, воду и климат в бассейнах крупных рек планеты. Среди актуальных тем будет затронута долгоиграющая проблема утилизации отходов нефтепродуктов, которая для многих российских регионов давно и незаметно перешла в разряд отложенных.

Причина в том, что передовые технологии, которыми владеет экологическая промышленность, в нашей стране с трудом сочетаются с экономической стороной вопроса. Речь идет о привлечении инвесторов, умеющих эффективно для себя и безопасно для окружающих обезвреживать опасные шлаки, о предоставлении госгарантий таким «санитарам». Как рассказал «Росбалту» нижегородский эколог, академик РАЕН Александр Косариков, проблема полигонов в России решается примитивно, методом «выжженной земли» — за счет освоения новых территорий для складирования или расширения уже существующих захоронений. Это и проще, и, главное, гораздо дешевле, нежели обезвреживать опасные свалки, «лечить» зараженную землю, строить современные полигоны, и изобретать способы превращения отходов в доходы – как это принято в цивилизованных странах.

По данным кремлевских и независимых экологов, сейчас на свалках России находится около 2-2,5 млрд тонн различного вида отходов. И каждый год к ним добавляется около 90 млн тонн токсически опасных «побочных продуктов», главным образом – нефтепереработки. И в числе наиболее опасных – кислые гудроны. Это вещество, представляющее собой черную смолистую массу, образуется в результате некоторых технологических процессов. По информации Косарикова, опасность таких отходов несложно представить, если взять во внимание их состав — присутствие свободной серной кислоты в них доходит до 70% от массы.

Кислые гудроны складируются в прудах-накопителях, где скапливаются в огромных количествах, представляя серьезную опасность для окружающей среды, особенно для людей, проживающих неподалеку. Например, в Нижегородской области в открытых прудах скопилось, по разным оценкам, 250-400 тыс. тонн кислых гудронов, в Ярославской области – свыше 900 тыс. тонн. Данная проблема также характерна для Московской области, нефтедобывающей Самарской области и других российских регионов. Утилизация кислых гудронов – проблема актуальная для многих стран. «Нейтрализация» и переработка этих отходов – дорогое удовольствие.

Наиболее «продвинутой» в обращении с таким «опасным мусором» считается Япония. Российские регионы пока не только не научились превращать отходы в доходы, но даже не могут минимизировать вред, который наносят окружающей среде.

Впрочем, в нашей стране имеются компании, специализирующиеся на комплексном решении экологических задач, — от проектирования и строительства современных полигонов временного хранения нефтешламов до ликвидации амбаров с отходами и очистки резервуаров. Однако их услуги до сих пор мало востребованы. Недавно, например, одна из поволжских фирм-«ликвидаторов», успешно поработавшая с «партиями» кислых гудронов в Московской, Самарской и Оренбургской областях, приехала в Нижегородский регион, чтобы предложить властям разных уровней свою помощь в решении проблемы. Уехали «санитары» ни с чем. Как выяснилось, дело даже не в цене вопроса. Все гораздо банальнее. Оказывается, зараженные нижегородские земли — «ничейные».

Территории с кислыми озерами в настоящей момент не принадлежат никому, и поэтому ответственности за них никто не несет. И, соответственно, платить за решение «чужих проблем» также никто не желает. «Цена вопроса – в данном случае вторична, — отметил руководитель компании, занимающейся переработкой нефтесодержащих отходов. – Мы не знаем объема работ, непонятна схема взаимодействия с потенциальным заказчиком, но главное – не понятно, как и с кем взаимодействовать». Как пояснил собеседник агентства, в данной ситуации «ясно одно — проблема для нижегородцев, как и жителей других российских регионов – совсем не нова». По его словам, «это называется историческое наследие, которое нам осталось от недавнего советского прошлого».

«Советская власть оставила тяжкое наследие, – промышленные отходы, которые постоянно приумножаются», — согласен с бизнесменом академик РАЕН Косариков. Сегодня, заметил эколог, «многие современные предприятия используют передовые технологии для переработки опасных отходов, а то, что страна накопила за 70 лет, как лежало, так и лежит и продолжает газить».

Как сообщил «Росбалту» депутат Городской Думы Нижнего Новгорода, председатель комиссии по экологии Михаил Барковский, «проблема складирования кислых гудронов для нижегородцев существовала всегда». По его информации, наибольшая доля онкологических заболеваний в Нижнем Новгороде приходится именно на жителей тех районов, на территории которых расположены озера с кислыми гудронами. Но недавно ситуация резко обострилась в связи с принятием нового Генплана города. Несмотря на кризис, город строится, развивается, и некогда окраинные земли оказались интересны застройщикам. В процессе зонировании участков зараженную зону пытались сделать территорией жилой застройки – причем безо всякой безо всякой рекультивации почвы.

По словам депутата, «нам удалось отбиться от застройки» и оставить опасной территории статус рекреационной зоны. Но он не исключает возможности дальнейших посягательств со стороны потенциальных застройщиков на то, чтобы изменить статус территории. Косариков заметил, что согласно правилам европейских директив, на такой территории жить нельзя и, тем более, нельзя строить новые дома. «Более того, если дом построен на зараженной земле, то здание или разрушается и за деньги виновной организации строится новое жилье, или же ведутся дорогостоящие работы по рекультивации территории под действующим домом – что гораздо дороже», — говорит эколог.

Однако, по словам Барковского, проблема куда серьезнее. Депутат пояснил, что рядом с нефтяными болотами находится речка, впадающая в Волгу, «из которой происходит забор питьевой воды», а диоксид серы, который выделяют кислые гудроны, проникает в почву. По его сведениям, почва заражена в глубину уже на 15-20 м. Локальная экологическая проблема, которая рисует стать глобальной, рассматривалась в свое время на высоком уровне, однако, как подчеркивает депутат, до сих пор не решена.

Косариков утверждает, что проблема бесхозных отходов и «загаженных» территорий актуальна не только для Нижегородской области, но и для многих других регионов РФ. «Когда начинаешь копаться в архивах, то видишь, что хозяева были, — замечает академик РАЕН. За долгие годы советской власти накопилась масса экологических проблем, в частности, связанных с утилизацией отходов. Они в какой-то мере решались, но последние 15 лет переводились в разряд отложенных. Сначала об этом много говорили, а потом передвигали на будущее, так и не найдя конкретного решения. Долгое время такие объекты были под охраной. А сегодня большинство предприятий, отвечавших за состояния этих отходов, либо обанкротились, либо не в состоянии этим управлять. Поэтому зачастую на таких озерах разрушена вся система защиты — вплоть до заборов, — рассказывает Косариков. – Жилые застройки вплотную подступили к загрязненным территориям, поэтому проблема требует принятия немедленного решения». По его утверждению, технические возможности для решения вопроса есть, «не хватает жесткой территориальной программы и понимания, каким образом оплачивать подобные работы».

«Нужно придумывать экономические схемы, изыскивать возможности для предоставления гарантий для инвесторов. К тому же такие затраты в среднесрочной перспективе оправданы», — подчеркивает академик. По его утверждению, оздоровление зараженных земель переводит их в разряд ликвидных, на которых можно строить, и такие участки начинают резко расти в цене. «В Самарской области, например, к решению проблемы привлекаются владельцы отходов – нефтяные компании или владельцы других предприятий. Если склад отходов ни принадлежит никому, Минприроды совместно с прокуратурой решают проблему отсутствующего должника. Ничьи отходы выставляются на тендер, на конкурсной основе выбирается компания, которая решает этот вопрос, тогда же определяется и цена вопроса», — рассказывает Косариков.

«В ряде городов, в том числе в Нижнем Новгороде, данная проблема перешла из разряда второстепенных гуманитарных обсуждений в область серьезных хозяйственных задач, — утверждает Косариков. – Для многих территорий сегодня главный вопрос — кто владелец кто за это отвечает. Значит, надо проводить разграничение земли, инициировать судебные решения. Но это вопрос политической воли, ответственности, которая ляжет на плечи того, кто за это возьмется. Поэтому никто и не торопится – все смотрят друг на друга – на кого жребий упадет»…

А пока Нижний Новгород готовится к большому экологическому мероприятию, которое состоится на Ярмарке с 18 по 22 мая. На очередном заседании оргкомитета по подготовке и проведению Международного форума «Великие реки», который уже двенадцатый год подряд будет проходить на нижегородской земле, министр инвестиционной политики региона Дмитрий Сватковский заметил, что «несмотря на сложные времена, мы сумели сохранить за собой бренд этого форума».

Действительно, в текущем году наблюдается рост площадей экспозиции не только со стороны российских регионов, но и от зарубежных стран. «Великие реки» будут состоять из выставок, конгресса и круглых столов. На форум уже поступило более 300 докладов. На выставках по сложившейся традиции будут продемонстрированы современные технологии в области экологии и ресурсосбережения. А потом, как обычно, останется ждать, когда страна начнет их применять на практике.

Анна Глуховская

Источник: Архив: Росбалт
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.