Когда деньги лучше, чем производство

13.05.2010
Просмотров: 1769

Ситуацию на финансовых рынках комментирует в беседе с корреспондентом “Курса Н” руководитель Казначейства коммерческого банка “Ассоциация”, доцент ННГУ им. Лобачевского Владимир МАКАРЕВИЧ.

Ситуацию на финансовых рынках комментирует в беседе с корреспондентом “Курса Н” руководитель Казначейства коммерческого банка “Ассоциация”, доцент ННГУ им. Лобачевского Владимир МАКАРЕВИЧ.

 

Доллар растет на Греции 

— Хочется начать с Греции, которая сейчас оказывает большое давление на европейскую валюту. Греки пытаются стать банкротами, чтобы с них списали долги. Однако ЕС намерена заставить их отработать деньги, вложенные в суверенные облигации страны. Шансов увильнуть от консолидированной матпомощи со стороны членов ЕС у греков довольно мало.

 

— Это проблема всей Европы и прежде всего ведущих стран ЕС. Делается попытка заставить греков затянуть пояса, но сделать это достаточно тяжело. Многие десятилетия жители этой страны, находящейся сегодня на грани дефолта, пребывали вне какого-то экономического регламента. Один из европейских общественных деятелей высказался даже за то, чтобы дать историческую скидку стране, давшей начало демократии и современным ценностям. И поэтому весь остальной мир как бы за это немножечко ей должен.

 

Достаточно интересный подход, однако проблема Греции больше носит все-таки характер спекулятивного воздействия на рынки. Не настолько велико значение ее экономики, гораздо важней сам факт нахождения в сложной ситуации и то, как Евросоюз будет ее разрешать.

 

Достаточно серьезное воздействие идет со стороны США. И связано это с тем, что в текущем году им предстоит сделать огромные инвестиционные привлечения в свои облигации. Все знают, что ставки в Штатах ниже, чем в Европе. И инвесторов нужно как-то подвинуть к тому, чтобы они вкладывали деньги в американские бумаги. А это можно сделать только одним способом — показать, что в Европе существует высокий риск. Поэтому приглашаем к нам!

 

С другой стороны, идет серьезное падение евро к доллару. Вернее рост доллара к большинству валют. И это помогает Еврозоне. Снижающаяся единая европейская валюта позволит в итоге получить больше выручки европейским экспортерам, а они заплатят больший объем налогов. И это поможет несколько улучшить ситуацию не только в Греции, но и в других странах с пошатнувшейся экономикой — Исландии, Португалии, Испании.

 

— Соперничество евро с долларом можно назвать в чем-то героическим. Это неравная борьба. США могут напечатать сколько угодно долларов, а Европа не может, коль скоро не представляет из себя единого государства типа Священной Римской империи.

 

— Конечно, разница в том, что в США доллар — национальная валюта, а евро такой не является. Чтобы с ней что-то изменить, нужно собрать и согласовать массу различных условий с министерствами финансов разных стран, интересы и цели которых могут различаться. Движения сейчас на рынках идут стремительные. При этом в непростой ситуации будут находиться азиатские страны и прежде всего Китай, который акцент в своих резервах начал переносить в сторону евро. Сейчас же евро начинает достаточно значительное снижение, достигая минимальных годовых уровней по отношению к доллару.

 

Иные игроки, которые не знают, какой расклад уготовили маркетмейкеры на этом рынке, находятся сейчас в раздумье. Что же произойдет дальше? Уровни вроде бы очень хорошие, чтобы откупить евро. Но совершенно нет гарантии, что не пройдет еще движение на одну—две—три фигуры вниз и на этом не остановится.

 

— Неужели экология Мексиканского залива никак не повлияла на соотношение двух ведущих валют?

 

— Это очень характерный пример того, как по-разному могут оцениваться новости. Какой драматизм может придаваться забастовке в Греции и совершенно под другим углом рассматриваться гигантская катастрофа в Мексиканском заливе. На самом деле серьезных движений на рынке не произошло. Несколько подорожала нефть, а на соотношение валют большого влияния это событие не оказало. Хотя по идее должно было бы оказать на доллар негативное влияние.

 

— Это наводит на мысли, что рынок управляем и мелким игрокам на нем делать нечего.

 

— Подача информации, расстановка акцентов, комментарии приводят к тому, что на рынке формируется определенное направление. И при достижении неких уровней процесс идет дальше уже без дополнительных информационных подталкиваний. Понятно, что в какой-то подходящий момент, когда будет решен ряд задач различными финансовыми группами, ситуация изменится, забудут про эту Грецию, акценты переместятся в какое-то другое направление или, может быть, просто рынок будет отпущен в некоторое состояние коррекции. А дальше будет зафиксирован результат.

 

— Что может быть, если США вдруг по запланированным параметрам не удастся разместить свои облигации? Хотя это, конечно, маловероятно.

 

— На мой взгляд, изменения могут быть стремительные. Будут придуманы какие-то экстраординарные ходы, которые мы сейчас не сможем предугадать. Но в любом случае пока США удается привлекать инвесторов, поддерживать уровень жизни и экономики за счет всего остального мира, будет все сохраняться как есть.

 

— Финансовый кризис изменил нашу банковскую систему. Но не совсем понятно — в лучшую или в худшую сторону. До кризиса российские банки ежегодно наращивали активы, по некоторым данным, на 30—40 проц. А сейчас, как считается, хорошо, если они на 3—4 проц. вырастут. Банкам, очевидно, нужно пересматривать как свои стратегии, так и методы работы?

 

— Наиболее важным становится не просто наращивание сил, а наращивание прежде всего качества, работа с проблемными кредитами и получение прибыли. Если смотреть отчетность за первый квартал первых тридцати банков, то именно такая картина очень хорошо наблюдается. Видно, что активы практически не изменились, но достаточно значительно выросла прибыль. Это говорит о том, что банки либо нашли какие-то дополнительные возможности по зарабатыванию средств и мобилизовали их на других сегментах финансового рынка, либо ведется самая серьезная работа с просроченной задолженностью, по уменьшению резервов и т. д. Без этого, конечно, сейчас банковская система нормально развиваться не может.

 

Большинство банков готовы сохранить прежние объемы, но главное — улучшить качество кредитного портфеля, не потерять уровни по доходам и сохранить прибыльность всего бизнеса. Задачи непростые, и решать их нужно сейчас. Откладывать на потом можно только в том случае, если вести очень агрессивную рисковую политику. Далеко не все банки готовы к этому. И среди крупных, я считаю, таких мало. В первой тридцатке вряд ли такие есть.

 

— Г. Греф вроде бы настаивает на том, чтобы сделать Сбербанк частным коммерческим. Такая мера вряд ли увеличит доверие к банку, одним из качественных показателей которого всегда был бренд государственного.

 

— Как ни странно, я, например, считаю, что степень доверия практически не изменится. В сознании людей бренд Сбербанка настолько плотно и основательно связан неразрывной цепочкой с государственной структурой, что даже если произойдут изменения и о них будут твердить на всех углах, отношение к нему конечного потребителя услуг в силу традиций не будет поколеблено.

 

Может произойти, конечно, некое изменение в наиболее подвижной среде клиентов-предпринимателей, которые постараются сориентироваться и выбрать какие-то варианты. Но если сохранятся параметры ведения бизнеса, то и здесь не будет большого движения. Если клиенты будут видеть, что комиссия остается на приемлемом уровне, кредиты достаточно дешевые, то они вряд ли будут расценивать Сбербанк как-то по-другому. И это заслуга не только последнего времени. Престиж Сбербанка создавался десятилетиями, с той поры, когда он был одним единственным.

 

Великое сидение

 

— Комбанки по-прежнему продолжают сидеть на деньгах?

 

— К сожалению, это так. Мы с вами который раз об этом говорим и все время видим, что ситуация практически не меняется. Уровни ставок на межбанковском рынке колеблются примерно на тех же отметках с небольшими движениями на полпроцента вверх или вниз. Остатки на корсчетах на депозитах в ЦБ остаются на очень высоком уровне. И эти показатели стабильно превышают 1 трлн руб. Явный избыток денежных средств.

 

С другой стороны, политика ЦБ по снижению ставки рефинансирования продолжается. В конце концов это, естественно, в рамках конкурентной борьбы, все равно приведет к тому, что ставка по выдаваемым кредитам будет еще снижаться. Другого пути не остается. Такое воздействие носит немножко отложенный характер. Проблемы банков, которые привлекали средства по высоким ставкам в частности у населения и, допустим, у предприятий, становятся более острыми. Каким образом они смогут отработать достаточно длинные все-таки средства?

 

Понятна обеспокоенность Центрального банка, который этот вопрос последние, наверное, два квартала старательно мониторит, стремясь подтолкнуть комбанки к тому, что нужно предпринимать все меры по снижению рисков, возникающих в ножницах — высоких депозитах и неизменного снижения ставок по кредитам. Решение этой задачи обязательно. Но я не исключаю, что ряд банков не смогут ее эффективно решить и вынуждены будут искать какой-то помощи. Помощь может быть различная. Либо продаться более крупному конкуренту, либо обращаться к государству.

 

Но для большинства реально работающих банков и прежде всего для крупнейших эта проблема не настолько остра. Никто из крупных банков не создавал длинных вкладов по очень высоким ставкам в период кризиса. Запредельные ставки могли скорей всего быть в арсенале банков второго и третьего дивизионов.

 

— В Нижегородской области вроде бы наступило какое-то равновесие между промышленностью и банками в соизмерении потребностей и возможностей. Стороны стараются найти общий язык. Деньги в любом случае, несмотря на инструкции ЦБ, не могут долго лежать на одном месте, их все равно нужно пускать в оборот. Какое-то движение есть.

 

— При этом ЦБ ни в коем случае не подталкивает банки к тому, чтобы они держали деньги. Он старается, чтобы деньги выдавались грамотно, осознанно, с учетом всех рисков. Чтобы уменьшить возможные проблемы при возникновении каких-либо ситуаций по невозврату.

 

— Некоторые банковские продукты становятся виртуозными, чтобы приспособиться к любым прихотям клиентов. Но сервис, мне кажется, пока довольно плохо работает. Главный принцип остается прежним: либо есть деньги, либо их нет. А раз нет, то и сервировать нечего. Остальные наплывы и напевы как бы на всякий случай и в ожидании лучшего.

 

— Количество реально предлагаемых банковских продуктов в России уже если не массового, то хотя бы серийного производства намного меньше, чем на Западе. Но с другой стороны, это в какой-то степени и лучше. Они не совсем востребованы и потребитель к ним не стремится. Банки в этом случае стараются аккуратно обрабатывать очень небольшую, узкую нишу. На этом основывалась наша уверенность, что Россия выйдет из кризиса с небольшими потерями.

 

Доходы из воздуха

 

— Сами по себе деривативы и другие производные неплохой инструмент. По прогнозам некоторых аналитиков, впереди нас ждет еще более жесткий кризис. Есть ли для этого основания?

 

— Основания в любом случае всегда есть. Говорить, что кризис позади, можно будет только тогда, когда мы увидим на протяжении какого-то длительного отрезка времени уверенный рост различных мировых экономик. Лучше сказать, что пока пройдена нижняя точка кризиса. Великая депрессия в США продолжалась около десяти лет. Сегодня основания для беспокойства могут базироваться на нескольких пунктах, которые действительно существуют в мировой экономике.

 

Начнем, как всегда, с США, где дефицит бюджета и величина заимствований просто огромные. Это уже само по себе несет большой риск. Второй момент. Лидер роста — китайская экономика тоже несет некий определенный риск. При перегреве в точке накала могут произойти достаточно серьезные негативные явления, которые заденут очень многие страны.

 

— Американцам может прийти в голову взвалить расходы в связи с событиями в Мексиканском заливе на весь остальной мир?

 

— Обязательно придет. И это момент общего подхода. Это основная идея, которая постоянно используется США и небезуспешно. Когда возникают какие-то расходы, то их нужно постараться поделить между как можно большим числом стран — участников.

 

— Не исключено, что решить задачу с производными инструментами могут помочь бывшие россияне. Их в Силиконовой долине уже чуть ли не третья часть, если не половина. Все гениальные люди уже там.

 

— Не совсем все.

 

— Поскольку мы с вами находимся здесь в Нижнем, а не там, в Америке, то значит еще не все.

 

— Шикарный комплимент. Но если бы комплименты что-либо меняли! На самом деле задача, как говорил Ленин, архисложная. И решение ее совершенно не на поверхности. Если бы оно было найдено, то уже какие-то действия были бы предприняты. Пока решения нет. Как после первого этапа мирового финансового кризиса подходить к производным инструментам, с которыми уже привыкли жить огромное количество людей в развитых странах и получать доходы из воздуха, из ничего, тем самым только расширяя так называемый пузырь? Этот пузырь достиг уже таких размеров, что просто пугает. Его величины не просто настораживают, они несут угрозу всему человечеству, всей мировой экономике.

Владимир ЦВЕТКОВ

Источник: Курс Н, газета
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.