За рамками закона

09.06.2010
Просмотров: 1768

Банкротство индивидуальных предпринимателей (ИП) сейчас очень распространенное явление, но законодательная база по этому вопросу находится "в зачаточном состоянии": ни один из участников процесса не представляет себе свои действия, свои права и

Банкротство индивидуальных предпринимателей (ИП) сейчас очень распространенное явление, но законодательная база по этому вопросу находится "в зачаточном состоянии": ни один из участников процесса не представляет себе свои действия, свои права и обязанности. В результате арбитражный управляющий, вместо того, чтобы помогать бизнесу выйти из банкротства с наименьшими потерями, просто закрывает его.

Ситуация сложилась в связи с тем, что раньше банкротств ИП практически не было, пояснил заместитель председателя Арбитражного суда Нижегородской области Владимир Гущев. Однако с приходом кризиса эта тема приобрела актуальность. Сейчас много заявлений о признании банкротом подают и сами предприниматели, и налоговая служба. При этом все участники процесса — и сами ИП, и арбитражные управляющие, и заявители — сталкиваются с рядом вопросов, которые на сегодняшний день не нашли своего ответа. В результате они решаются по-разному, в зависимости от региона, и даже в одном суде решение судей по похожим случаям может отличаться. По сути, сейчас только еще идет процесс наработки практики, при том что проблема уже приобрела угрожающие масштабы.

Так, начальник отдела урегулирования задолженности и обеспечения процедуры банкротства УФНС России по Нижегородской области Галина Погорельская приводит следующую статистику. В 2009 году было возбуждено 140 дел о банкротстве ИП на общую сумму 149 млн. Это составляет 15% от общего количества дел, их “финансовый вес” — 36%. 50 дел были возбуждены по инициативе УФНС России, еще в 70 случаях ИП подали на банкротство самостоятельно. На 1 января 2010 года находился в процедуре банкротства 161 ИП. Конкурсное производство было введено в отношении 111 из них. Суммарные требования кредиторов составляют 225 млн рублей.

Количество “потенциальных” ИП-банкротов, то есть имеющих долги, составляет более 100 тыс. по области. И этот “гнойник рано или поздно придется чистить”, комментирует председатель общественного комитета по антикризисному управлению и финансовому оздоровлению при ТПП Нижегородской области, директор ООО “Антикризисный центр” при ТПП Нижегородской области Александр Иванников.

Первый вопрос, который возникает при рассмотрении проблемы банкротства ИП, говорит Владимир Гущев, это минимальная планка суммы задолженности, начиная с которой можно подавать заявление о банкротстве. На сегодняшний день для этого задолженность ИП должна превышать 10 тыс. рублей: сумма, исходя из нынешних реалий, неразумная, и законодателям имело бы смысл повысить ее.

Также до сих пор не решено, надо ли оценивать стоимость имущества при признании должника банкротом, и неясно, должна ли эта сумма превышать те обязательства, которые к нему заявлены. Мнение Высшего арбитражного суда РФ (ВАС России) меняется “с точностью до наоборот” год от года. Так, если в 2008 году он считал, что к предпринимателю применима норма права как к гражданам — то есть, во-первых, необходима сумма свыше 10 тыс. рублей, во-вторых, стоимость его имущества должна быть меньше его долговых обязательств. Теперь же в проекте ВАС говорится, что закон такого требования не содержит, поэтому может применяться один из признаков.

Арбитражный управляющий НП “МСОПАУ” Александр Черепнин считает эту меру правильной. По его словам, в его практике имел место такой случай. У предпринимателя находился в собственности земельный участок, который он никак не мог продать, но его стоимость превышала все долги. Из-за этого суд отказался признать ИП банкротом, тем не менее вести предпринимательскую деятельность бизнесмен не мог. В результате ему оставалось только ждать продажи участка.

Еще один “больной” вопрос, по словам Владимира Гущева, это те деньги, которые арбитражные управляющие получили в управление: нет регламента работы с ними. Если раньше они или зачислялись на счета самих арбитражных управляющих, или оставались на счетах ИП, то теперь в законе записано, что эти средства должны быть перечислены на депозит суда. По мнению Александра Иванникова, это не слишком разумно, так как от количества дел бухгалтерия Арбитражного суда просто захлебнется.

Также много вопросов связано с процедурой наблюдения. Дело в том, что само по себе наблюдение нужно для того, чтобы обнаружить и оценить имущество, определить, достаточно его или нет. В большинстве случаев вопрос оценки решается сам собой уже при подготовке дела. Когда ИП сам инициирует свое банкротство, то он уже предоставляет сведения об имуществе, дебиторской и кредиторской задолженности. В этом случае лучше всего сразу ввести конкурсное производство. Законодательство это не запрещает, но практики, тем не менее, такой нет.

Неясен и вопрос с оценкой. Недавно из нормативных документов исчезло определение “независимая” применительно к оценке. То есть теперь непонятно, каким именно образом нужно ее проводить. А между тем этот вопрос напрямую касается арбитражного управляющего, так как его вознаграждение — процент от стоимости имущества. Облегчает ситуацию тот факт, что у индивидуальных предпринимателей имущества не много, говорит Александр Иванников. Обычно оценивать приходится машины, максимум — квартиры.

В большинстве случаев, так как имуществом не надо управлять, а нужно только продавать, суды поручают эту процедуру приставам, говорит Владимир Гущев. С точки зрения закона — это минимальные затраты, связанные с проведением процедуры банкротства. С точки зрения разумности эта ситуация себя не оправдала. Как правило, приставы не знают, что такое конкурсное производство, и не желают заниматься процедурой банкротства. Поэтому для всех удобнее было бы назначать конкурсного управляющего.

Многое не устраивает и налоговую службу. Это и стоимость имущества, и основания для признания банкротом, и сроки проведения соответствующих процедур. Так, сейчас на наблюдение уходит 5—7 месяцев, несмотря на то, что в большинстве случаев вся информация по имуществу уже фактически есть с момента подготовки дела. И более полугода длится конкурсное производство, рассказывает Галина Погорельская.

Однако, по словам представителя УФС России, самый больной вопрос — расходы: затраты значительно превышают те средства, которые потом будут востребованы с должника.

Это неудивительно, говорит заместитель начальника отдела урегулирования задолженности и обеспечения процедуры банкротства УФНС России по Нижегородской области Наталья Коваленко, так как налоговая служба имеет право подавать в суд при наличии задолженности в 10 тыс. (у юрлиц — 100 тыс.). Однако расходы на банкротство составляют в год порядка 200—300 тыс. При этом есть ИП, которые находятся в банкротстве уже более двух лет.

Выход, по словам Натальи Коваленко, в ведении упрощенной процедуры по принципу отсутствующего должника. Тогда можно будет ввести фиксированное вознаграждение — порядка 30 тыс. за всю процедуру. Кстати, при банкротстве юрлиц такая практика довольно широко используется.

Не лучшим образом ведут себя и сами участники процедуры банкротства. По словам арбитражного управляющего НП “МСОПАУ” Александра Черепнина, часто сами ИП затягивают процедуру. К примеру, их жены отсуживают половину имущества: машины, квартиры и так далее. Или предприниматель снимается с учета как ИП и заявляет, что у него нет никакого имущества. В результате приходится отказывать в возбуждении дела, так как взять с него нечего.

Кроме того, как рассказал Владимир Гущев, предприниматели полагают, что, пройдя через банкротство, они освободятся от всех своих долгов. Но это не так: они избавятся только от долгов по предпринимательской деятельности. В остальных случаях банк (если не он подавал на процедуру банкротства) будет ждать, пока ИП выйдет из банкротства и будет расплачиваться как гражданин.

Есть ряд претензий и к арбитражным управляющим, отмечает Александр Иванников. Вместо того, чтобы помогать предпринимателю выйти из банкротства с меньшими потерями, они по сути пассивно принимают условия кредитора. Другими словами, выполняют “работу могильщиков — приходят и оформляют все должным образом, ставят памятник и вешают красивую табличку”.

Таким образом, резюмирует Александр Иванников, ни один из участников процесса банкротства ИП четко не представляет себе, как нужно действовать, не знает свои права и обязанности. Это гораздо более глубокая проблема, чем кажется, и связана она в целом с развитием малого бизнеса в стране. Так как для того, чтобы люди не боялись заниматься предпринимательством, надо, чтобы им было понятно, как поступить, если бизнес не получился.

 

Александра ЕЛИНА "Биржа" № 21 от 8 июня 2010 года

Источник: Биржа, газета
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.