И мусор бывает арт-объектом

17.01.2011
Просмотров: 1982

Анна Гор, директор Нижегородского филиала Государственного центра современного искусства, - о красоте, уличном искусстве и культурной молодёжи.

У каждого времени - свои законы. И вот в XXI веке картинные галереи выходят на улицы, а заброшенный завод превращается в выставочный зал… «Это общемировая тенденция, - говорит Анна Гор, директор Нижегородского филиала Государственного центра современного искусства. - Мы очеловечиваем среду, в которой живём. А значит, искусство неминуемо выплёскивается на улицы».

В новом веке искусство и красота оказались разделены функционально.

Нижегородская традиция

- С 2000 по 2006 годы вы руководили программой «Культурная столица Поволжья». Насколько удалось её реализовать и почему «столица» была приостановлена?

- Мы реализовали программу примерно наполовину. Во-первых, потому, что она оказалась конечной, хотя сама её модель - бесконечная: культурных столиц может быть множество. С другой стороны, культурная столица всегда должна иметь трёх равных партнёров: активную общественность, деятелей культуры и, конечно, власть. В своё время последняя из этого процесса выпала…

- Но позитивный опыт программы активно культивируется другими городами?

- Очень многие механизмы «Культурной столицы Поволжья» восприняли регионы, сотрудничавшие с программой. Пермь до сих пор проводит конкурс городов Пермского края «Пермский край - территория пермской культуры». Это очень активная, серьёзная деятельность по их развитию. В Чебоксарах, Ульяновске опираются на этот же опыт, причём весьма успешно.

- Согласны ли вы с утверждением культуролога Глеба Фирсова, что государство будет всё меньше вкладываться в культуру?

- Всё зависит от модели культурной политики. Государство может поощрять развитие негосударственных фондов, которые будут финансировать культурные проекты по более справедливой схеме. Либо оно само будет выделять и контролировать расходование средств - через уполномоченные экспертные институты. В странах с большой демократической традицией сама система распределения денег устроена таким образом, что очень часто к ней привлекают деятелей культуры (система экспертного отбора в государственных коллекциях Франции; советы художников в Швеции, кадровый состав которых постоянно обновляется).

- Какая ситуация сложилась в России, в Нижнем?

- У нас власть относится к учреждениям культуры как к подведомственным. Хотя культурное пространство нужно рассматривать в целом, видеть его сущность, а не институциональные разграничения. Пока мы не объединимся, позитивной картины, очевидно, не будет.

Как в Нью-Йорке

- Насколько сейчас активна культурная среда в Нижнем Новгороде?

- Достаточно активна. В плане высокой культуры есть запрос от молодёжи, масса инициатив. Это поколение неразобщённое: художники связаны с поэтами, поэты - с музыкантами. К сожалению, подобного единства нет в академической, фундаментальной культуре - среднего и старшего возраста. Там каждый сам по себе. Это, на мой взгляд, самая большая беда для Нижнего.

- Кого из культурной молодёжи вы бы выделили?

- Литературное объединение «Массолит». Его участники занимаются многими вещами сразу и делают это результативно. Они не замыкаются только в литературной сфере, а выходят в общественное пространство. Мне очень нравится традиция общественных слушаний «ПечаКуча». Она не самоценна, но эффективна как механизм продвижения. Нехватка живых общественных разговоров, глаза в глаза, - это проблема. И «Массолит» её успешно решает.

- Ваше отношение к использованию художественного пространства нашего города?

- Хотелось бы, чтобы у нас были специальные институты, которые планомерно занимались бы художественным освоением Нижнего Новгорода. В мэрии Нью-Йорка, США есть специальные консультанты по вопросам искусства в городской среде; в Австрии - специальные отделы при муниципалитетах. Нам нужна профессиональная работа, основанная на хорошем знании города, изучении его проблем, планировки, болевых и, наоборот, привлекательных мест.

Это связано с процессами строительства, девелопмента, планировки общественных пространств и т.д. И я пока не вижу, чтобы у нас специально занимались общественными пространствами. Наверное, это дело будущего, очень на это надеюсь.

Переработка улиц

- Относительно новое явление в современной культуре - street art, уличное искусство. Очень неоднозначное, нужно сказать…

- В Нижнем Новгороде можно выделить два противоположных явления. Первое связано с протестной молодёжной энергией: теги, надписи, которые часто уродуют город. С этой аудиторией никоим образом нельзя бороться репрессиями. С ними надо разговаривать, устанавливать контакт и конвертировать их энергию в мирные цели. Второе явление - позитивное: группы достаточно зрелых и весьма образованных молодых людей, которые работают с городской средой неформально, но уже по законам искусства. Они готовы воспринимать свои надписи не как протест или хулиганство; готовы идти на контакт с властью, обсуждать то, что они делают, и даже выходить в выставочные залы. И это здорово.

- В августе 2010 года в Ульяновске проходила необычная выставка: на территории аэропорта. У нас это возможно?

- В Нижний Новгород несколько раз приезжал французский художник Ксавье Жийо. Он планирует провести творческий семинар для художников, архитекторов на нашей Стрелке. Сейчас он улаживает вопросы с руководством порта, города и области, и, когда дадут «добро», Стрелка станет объектом public art-воздействия.

- Промзона становится арт-объектом…

- Всё в жизни может быть отправным материалом для художника. В городе Афины на всех мусорных баках написано слово «метафора», что по-гречески значит «переработка». Это очень напоминает известную строчку из Анны Ахматовой «Когда бы вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда». Создавая объекты public art, художник помогает прохожему приобщиться к искусству. Поэтому его метафора должна быть максимально прозрачной…

Кстати

По мнению Анны Гор, грамотными зрителями искусства может быть максимум 4% населения. У нас пока гораздо меньше.

Причин неприятия нового - всего две: страх и лень.

- Наша проблема в том, что в стране в течение 70 лет был «железный занавес», - говорит искусствовед. - Мировое искусство развивалось поступательно, и в 90-е мы увидели только его итог. За это время искусство и красота разделились функционально. Красивое стало теперь сферой прикладной - дизайн, мода. Искусство же взяло на себя более сложную роль: наталкивать на размышления, говорить о вещах неудобных, острых, порой табуированных. Вот почему нам так трудно его, новое, принять: мы привыкли к искусству большому, красивому, светлому.

Галина МУБАРАКШИНА. Фото: lgo.ru

Источник: АиФ Нижний Новгород
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.