Нижегородская банковская контора

01.02.2013
Просмотров: 1781

Публикуется впервые.

Игорь Макаров, краевед:

Появление первых банковских учреждений в России связано с именем Екатерины II. В 1768 году был издан указ об учреждении ассигнационных банков в Москве и Санкт-Петербурге. А через несколько лет последовал указ об открытии провинциальных банковских контор.

Этот исторический документ гласил: «Уведомились Мы, что от большого стечения в столицах наших мелкой монеты, в банки для вымены государственных ассигнаций, усматривается в некоторых местах редкость и недостаток в той мелкой монете столь нужной для ежедневнаго народнаго употребления вследствие чего, к пресечению по тому настоящаго затруднения и могущей бы последовать впредь вящщей неудобности, соизволяем, чтоб ради обмена представляемых публикой государственных ассигнаций, правлением банков установлены были конторы во всех тех местах, где нужда более настоять будет».

Первая подобная контора появилась в Ярославле. А в конце 1773 года вышел новый указ, в котором говорилось: «Уважая частное положение и обстоятельство наших городов Астрахани, Нижнева Новгорода и Вышняго Волочка, повелеваем, чтоб в трех сих местах заведены были правлением банков для вымена государственных ассигнаций банковыя конторы…, и в каждый из вышесказанных городов положить банковаго капитала от 150000 до 250000 рублей, смотря по надобности».

1 апреля 1774 года Нижегородская банковская контора с 200-тысячным капиталом в кассе начала свою деятельность. На содержание ее штата (10 человек) в год полагалась сумма в 1574 рублей ассигнациями. Директором конторы с годовым жалованьем в 400 рублей стал отставной армейский капитан Михаил Ильич Авдулин. Ему в помощники был определен выпускник Московской духовной академии и Московского университета отставной поручик Андрей Протопопов.

Вот что о статской службе этих двух отставных вояк писал известный нижегородский краевед Н.И.Драницын: «Открыв действия банковской конторы, директор ее Авдулин быстро освоился с своим положением как хозяином 200-тысячной суммы казенных денег. С первых же дней существования конторы Авдулин решил не ограничиваться скромными по закону операциями – обменом и приемом ассигнаций, но развить ее операции в своих собственных интересах, именно выдачей ссуд частным лицам под хорошие… проценты, а в целях еще большего увеличения своего скудного казенного жалованья решил брать и для себя «безвозвратные ссуды». Что же касается получаемой им ежегодной суммы в 1574 руб. для выдачи жалованья служащим и содержание конторы, то Авдулин счел также за лучшее, чем дробить на части среди служащих, класть ее целиком в свой карман, а жалованье выдавать из банкового капитала… Банковая контора по воле своего директора широко открыла двери для его клиентов. Из числа клиентов-заемщиков Авдулина главным был нижегородский винный откупщик московский купец Милованов с женой и своими приказчиками, которым Авдулин в разное время под векселя, расписки и «под честное слово» выдал более 60 тысяч рублей.

Об операциях Авдулина скоро узнал и его товарищ по должности – Протопопов, который также был не прочь оперировать для своего кармана на казенные денежки… С согласия своего патрона начал и Протопопов выдавать под проценты деньги, которые черпались из того же источника, из коего черпал Авдулин».

Одним из многочисленных клиентов Авдулина стал губернатор И.С.Белавин, занявший 2000 рублей, поэтому проверками казнокрадам никто не докучал, и мошенники более 10 лет могли без помех грабить вверенную им банковскую контору. За это десятилетие Авдулин сумел выслужить гражданский чин надворного советника и переложить в свои карманы почти три четверти банковской суммы.

Первые тучи над головами Авдулина и Протопопова начали сгущаться только в 1785 году: по городу поползли упорные слухи, что в деятельности банковой конторы далеко не все благополучно, а ее руководители, получающие более чем скромное жалованье, живут явно не по средствам «и на имя своих жен в городе покупают дома и приобретают деревни». К осени того года весь город только и говорил, что о махинациях в банковой конторе. Эти слухи заставили губернатора Белавина отдать распоряжение о проверке имеющейся в конторе наличности. Однако ревизоры Львов и Черкасов не были допушены к проверке. Этот афронт заставил Белавина обратиться к генерал-губернатору И.М.Ребиндеру с просьбой о разрешении проверки. Такое разрешение было дано, и ревизия началась. Ее результаты ошеломили как проверяющих, так и губернское правление. После обнародования первоначальных данных проверки за дело взялась нижегородская уголовная палата. Начались допросы Авдулина, Протопопова и их вольных и невольных сообщников.

Через месяц после начала расследования скончался тяжело больной Авдулин, и главным фигурантом обвинения стал Протопопов. Сначала он пытался свалить ответственность на умершего начальника, но под тяжестью предъявленных фактов начал давать признательные показания.

После того, как ситуация с финансовой деятельностью банковой конторы более или менее прояснилась, начались конфискации. Были конфискованы дом и имение во Владимирской губернии Авдулина, дом в Нижнем Новгороде и имение в Лукояновском уезде – Протопопова. Описаны и проданы с торгов дома и имения у прочих, более мелких участников преступной аферы. Однако все эти конфискации и аукционные распродажи собственности мошенников не смогли полностью покрыть всей суммы похищенных средств – казна потерпела убытки в размере 70415 рублей 53,25 копеек. Трудно сказать, как протекала финансовая деятельность банковых контор в Ярославле, Астрахани или Вышнем Волочке, но в Нижнем Новгороде первый банковский блин вышел комом.

Главный обвиняемый, А.Протопопов, за свои преступные деяния подлежал наказанию кнутом, вырезанию ноздрей, клеймению и вечной ссылке на каторжные работы. Однако нижегородская Фемида оказалась весьма благожелательной к оступившемуся чиновнику, наказание существенно смягчили – бывшего помощника директора банковой конторы лишили чинов и дворянства и сослали в Иркутскую губернию на вечное поселение. Его жизнь в сибирских снегах оказалась достаточно комфортной – новоявленный сибиряк вернулся к своей прежней профессии учителя и зарабатывал хлеб насущный домашним учителем детей иркутских чиновников. А на досуге кающийся грешник писал покаянные псалмы.

Более всех в этой скандальной истории пострадал откупщик Милованов, не имевший непосредственного отношения к хищению казенных денег. Купцу пришлось не только вернуть государству незаконно полученные деньги, но и провести девять лет в тюрьме.

Банковская контора, обворованная собственными служащими, прекратила свое существование.

Источник: журнал "Бизнес-Клуб"

Источник: Архив: Бизнес-клуб
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.