Пришла пора удивляться

02.03.2004
Просмотров: 2161

Почти три месяца прошло с того дня, когда на генерального директора ООО «Столица Нижний» Олега Сорокина было совершено покушение.

Почти три месяца прошло с того дня, когда на генерального директора ООО «Столица Нижний» Олега Сорокина было совершено покушение. На трассе Нижний Новгород — Касимов неизвестные расстреляли из автомата Калашникова автомобиль Сорокина. Генеральный директор компании был ранен, однако смог доехать до поста ДПС, затем был госпитализирован. По факту нападения было возбуждено два уголовных дела по статьям 30 УК РФ («Приготовление к преступлению и покушение на преступление») и статье 105-й («Покушение на убийство»). О том, как развивается расследование покушения, Олег Сорокин рассказал в интервью информационному агентству Regnum.

— Олег Валентинович, как продвигается следствие и можно ли уже делать какие-либо выводы в отношении заказчиков и исполнителей покушения?

— Что касается официального следствия — я считаю, что никто им не занимается. Прошло три месяца. За все время следователь со мной встретился один раз. Вы себе представляете такую ситуацию? На следователя выходил мой адвокат, который до сих пор не может ознакомиться с делом. Следователь только отвечает: «Все нормально». Основные версии, которые были высказаны в самом начале следственных действий, не отрабатываются абсолютно. Я не имел уголовного прошлого, у меня не было контактов с уголовными авторитетами. Есть бизнес с крупными проектами, и основной причиной покушения было именно это. Однако информация по всем версиям сразу же ушла в те компании и тем людям, которые в этих версиях были озвучены.

— Вы имеете в виду ваших конкурентов? Откуда у вас такие данные?

— Да, их можно назвать конкурентами или заинтересованными лицами. А откуда мы это знаем — дело в том, что параллельно с официальным следствием мы начали независимое расследование. И были зафиксированы контакты между милицией и заинтересованными лицами: встречи, телефонные разговоры. Причем со мной следователь не встречается, а с ними встречается неофициально, без протокола. Уверен, что это происходит не случайно. Это свидетельствует о том, что правоохранительные органы заинтересованы в том, чтобы устранить «Столицу Нижний» из бизнеса. Убрать так сразу, конечно, не получится, но можно провести передел тех активов, которые есть в компании.

— Это очень громкое заявление. Что значит «правоохранительные органы»? Вы можете назвать конкретные фамилии?

— Если расследование в ближайшее время не начнется по-настоящему, я озвучу фамилии конкретных сотрудников. Это руководители подразделений ГУВД и заместители начальника ГУВД Нижегородской области.

А конкретнее — это сотрудники областного управления по борьбе с экономическими преступлениями. Люди, которые на протяжение последнего года пытались заставить мою компанию отказаться от ряда проектов в пользу третьих лиц. Говорили о том, что у бизнеса будут проблемы и что лучше выйти из этого с меньшими потерями.

И после покушения на меня вслед за следователем прокуратуры прискакал тот самый сотрудник ГУВД, который обещал «проблемы» и просил меня не увязывать произошедшее с его разговорами. Однако все это связано.

— Считаете ли вы, что сотрудники правоохранительных органов причастны к покушению на вас?

— Да. Я считаю, что они имеют прямое либо косвенное отношение к тому, что со мной произошло. На это указывают промежуточные результаты нашего собственного расследования. Кроме того, иначе объяснить возросшую активность УБЭП нечем.

— Что вы подразумеваете под активностью?

— Если вспомнить 2002 год, то в отношении компании не происходило ровным счетом ничего. До тех пор, пока мы не открыли «Этажи» в феврале 2003 года. Весной прошлого года УБЭП без санкций и вне каких-либо уголовных дел провела обыск в «ЭЛЛИПС-Банке», который являлся нашим партнером, причем сотрудники банка нам говорили, что УБЭП вымогало конфиденциальные сведения о «Столице Нижний». Летом—осенью 2003 года руководители УБЭП приходили ко мне с конкретными предложениями, сказали: «Олег, цена всех твоих неприятностей, которые были, есть и будут, — $1 млн.». Параллельно оказывалось давление на наших партнеров, неформально входящих в группу компаний «Столица Нижний», от которых требовали отказаться от земельных участков под застройку, выделенных компании. Летом 2003 года в квартире исполнительного директора «Столицы Нижний» Олега Головко был проведен обыск, якобы в рамках уголовного дела об убийстве руководителя ФСФО по Нижегородской области Евгения Веткина. Причем с Веткиным был знаком я, а не Головко. В декабре 2003 года — покушение на меня. На следующий день — обыск у моего друга, директора Нижегородской топливно-энергетической компании Феликса Верховодова. В середине декабря — нападение на жену Головко, в результате которого она получила черепно-мозговую травму. В это же время начинаются звонки нашим партнерам со словами: «У Сорокина большие проблемы, и вам нужно об этом подумать». Есть 20 компаний-партнеров, в которых одновременно УБЭП начал проводить проверку, не поставив в известность ни руководителей, ни акционеров этих компаний. При этом проводя очень «интенсивную работу» с банками, которые теперь приостановили с нами сотрудничество. Недавно милиция арестовала всех рабочих нашей стройки в районе Московского вокзала. Всех увезли в отделение для выяснения личности — такого еще не было никогда! И на прошлой неделе УБЭП начало обыск в нижегородском Дорожном фонде.

— Кстати, о Дорожном фонде. Этот обыск с вашим именем связал, в частности, губернатор области Геннадий Ходырев...

— Я считаю, что происходящее сегодня в Дорфонде, естественно, в том числе, связано и со мной. Потому что мне те же самые руководители УБЭПа совершенно открыто озвучивали: что «Олег, не найдем в бизнесе — найдем в Дорфонде». Я 2,5 года назад там работал заместителем директора по финансам. В то время там проводилось тоже большое количество проверок, и ничего предосудительного не нашли. Но почему этим решили заняться именно сейчас? Для того чтобы создать проблемы Сорокину и группе компаний «Столица Нижний» и в очередной раз сыграть на руку преступникам. Потому что на сегодняшний день в Нижнем Новгороде основная преступная группировка, которая занимается «крышеванием» частного бизнеса, — милицейская. Давно уже преступный мир, который занимался рэкетом и вымогательством, от этого ремесла сотрудниками ГУВД отодвинут. Вы знаете, что ни одна московская компания, приходя в Нижний Новгород, не остается без внимания сотрудников УБЭПа? Они сразу требуют с нее нижегородской «прописки».

— Вы готовы назвать эти компании?

— Сегодня я их не назову. Это средние и крупные российские предприятия, работающие в Нижнем. Уже реально существуют договоренности с руководителями компаний о том, что если эта ситуация не изменится, мы будем называть имена и фамилии. Сегодня милиционеры выбрали меня, но на этом аппетиты их не успокоятся. Наши доблестные милиционеры вообще не знают что такое этика, уважительное отношение к бизнесу.

— Вы пытались сообщить о ситуации исполнительной власти?

— Пока нет. Однако еще в декабре, когда я вышел из больницы после покушения, мы встречались с Сергеем Кириенко. Я рассказал ему, что сотрудники ГУВД могут повести себя неадекватно в отношении компании, и просил его, если это будет происходить, вмешаться. Он мне пообещал поддержку, сказал, что важно в кратчайшие сроки расставить все точки над «i», и если потребуется вмешательство его или его аппарата, это будет обеспечено. Сейчас оно требуется. Потому что мне пообещали, что обыски, выемки документов и проверки персонально в отношении меня и компании будут продолжены. И с моей стороны будет повторное обращение к Сергею Владиленовичу. Я считаю, что без вмешательства федеральных структур и вышестоящих организаций не обойтись. И что делать дальше, я уже не знаю. Сегодня ситуация такова, что о ней должны знать все.

— Почему, на ваш взгляд, так невысок процент раскрываемости заказных убийств и покушений?

— Я считаю, что на серьезные преступления людей толкает некая уверенность в безнаказанности. А ее не устают давать им правоохранительные органы, которые «дружат», «крышуют», поддерживают связь с уголовным миром. Не раскрываются, потому что если такие преступления будут раскрывать, то, как в ситуации со мной, они приведут туда же — в ГУВД. Потому что в городе нет бизнеса крупного и среднего, который прямо или косвенно не поддерживает отношения с УБЭПом. Эти ребята за последние два года очень активно подбирают под себя бизнес. А те заявления, которые были сделаны от бизнеса, остаются без движения.

И выводов делать никто не собирается. Мы привыкли не удивляться, а удивляться пора. У нас три основные категории бюджетников: врачи, учителя, милиционеры. Почему-то милиционеры позволяют себе быть самыми коррумпированными. И объясняться на эту тему категорически не хотят.

Закон. Финансы. Налоги.


Источник: Прочие источники
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.