Андрей Младенцев: Я себя чувствую спортсменом, который получил олимпийское золото

22.03.2005
Просмотров: 2348

Интервью с руководителем ОАО "НижФарм" Андреем Младенцевым.

В январе этого года главным акционером ОАО “Нижфарм" стала немецкая фармацевтическая компания STADA Arzneimittel AG, купившая 97,5% акций за 80,5 млн евро у Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР), менеджмента предприятия и других институциональных и частных акционеров. Все, кто следил за развитием “Нижфарма", сходятся во мнении: успех этого предприятия связан только с тем, что в 1995 году к руководству пришла группа молодых амбициозных нижегородцев во главе с Андреем МЛАДЕНЦЕВЫМ. Сегодня он гость “Биржи".

— Вы с командой пришли в “Нижфарм", чтобы, увеличив капитализацию предприятия, потом его подороже продать?

— Когда мы (вместе с партнерами Юрием Гайсинским и Евгением Слиняковым. — Ред.) 28 января 1995 года были избраны в совет директоров “Нижфарма", то ни о какой капитализации предприятия, естественно, и не думали. Было желание проверить свои силы и по возможности добиться успеха. У всех тогда был свой бизнес. Я, например, работал на рынке ценных бумаг и мог наблюдать за развитием других предприятий. Естественно, хотелось попробовать самому. Когда такая возможность представилась, начали заниматься развитием конкретного предприятия. Наш приход в “Нижфарм" — воля случая.

— То есть “Нижфарм" был выбран совершенно случайно?

— Вот именно. Это мог быть Кстовский шиноремонтный завод — у нас были его акции. Или завод белково-витаминных концентратов. Или Арзамасский завод пивных бутылок. Повторяю, выбор был абсолютно случаен, но подкреплялся желанием молодых людей попробовать себя в управлении предприятием реального сектора экономики.

Определение капитализации компании как стратегической цели пришло в 1998 году, когда мы провели стратегический аудит бизнеса. Мы поняли, что следующей ступенью развития должно стать привлечение профессионального, а именно — финансового инвестора. Причем иностранного, потому что фармрынок уже в то время был в жесткой конкуренции с иностранными компаниями. И чтобы с ними бороться, нужно работать по их стандартам.

Капитализация есть умножение прибыли предприятия на коэффициент качества, который в профессиональной среде называется multiple. Мы старались увеличивать и прибыль, и multiple. Капитализация как цель была определена не потому, что мы хотели компанию продать, а потому, что именно она показывает эффективность всех внутренних процессов. Ведь даже привлечение высококвалифицированного и высокооплачиваемого персонала — один из способов увеличения капитализации. Если бы наша цель была только прибыль, то один из наиболее понятных сценариев — экономия всех расходов, в том числе и на зарплате сотрудников.

Мы хотели, чтобы предприятие кто-то пожелал купить. Это доказало бы наличие реального спроса на предприятие.

— И реального спроса на ваши менеджерские навыки?

— Именно.

Для интеграции в международный рынок мы выбрали продажу, поскольку без смены акционеров это было невозможно. Россия до сих пор не гармонизировала свои стандарты управления фармрынком с европейскими и не вошла в ВТО. Я предполагал, что и то и другое произойдет к 2005 году. Если бы так случилось, то “Нижфарм" не продавался бы.

— “Нижфарм" работает не в самом прибыльном секторе фармрынка. Как удалось привлечь ЕБРР в качестве финансового инвестора?

— Действительно, самый востребованный сектор этого рынка — таблетки, инъекции и сильнодействующие препараты. А мази и свечи, которые производит “Нижфарм", востребованы гораздо меньше. Не раз слышал от специалистов удивление, что мы умудрились на таком узком сегменте хорошо развиться.
Мы привлекли ЕБРР в 1998 году. Переговоры шли очень быстро: с 25 июля по 30 декабря, когда мы подписали соглашение. Причем внутри этого периода произошел знаменитый дефолт.

Задача ЕБРР — содействовать развитию предпринимательства, в отличие от других финансовых институтов, чья задача — получение прибыли. ЕБРР более спокойно относится к несбывшимся прогнозам. Они принимают решения и более рискованные. Это их миссия. Ну а мы, выбирая их, еще и страховались на случай неудачи.
Скорость переговоров объясняется просто. Мы спросили, что надо сделать, получили требования и выполнили их. Может быть, отсутствие необоснованного апломба с нашей стороны и дало такой быстрый результат.

— А как появилась на вашем горизонте STADA?

— Схема поиска стратегического инвестора ничем не отличалась от схемы поиска инвестора финансового. Мы наняли профессионального консультанта — это французский Rotchild Bank. Кстати, их конкурентом был голландский банк ABN AMRO. Для справки, консультантом при выборе ЕБРР был RaiffeisenBank.

Процесс начался в апреле 2004 года. В мае разослали предприятиям, входящим в long list (примерно 20 иностранных фармацевтических компаний), информационный меморандум — первое предложение проявить интерес к возможной покупке “Нижфарма". Получили отклики, выбрали троих и начали с ними плотно работать.

Мы никогда не называли цену сделки. И самое интересное, что предварительная оценка “Нижфарма", сделанная Rotchild, оказалась очень близкой к реальной сумме сделки. Вообще, выбор консультанта при таких сделках дает много преимуществ. Затрачивая на их услуги чуть больше денег, получаешь качественный результат.

Были моменты, когда опыт специалистов Rotchild, их советы, рекомендации и действия были настолько точными, что экономили нам кучу времени и усилий. Еще, работая с ЕБРР, мы поняли, что никогда никакой консультант не сделает твою работу за тебя.

— Говорят, что произошло недружественное поглощение “Нижфарма" иностранным конкурентом.

— Недружественное поглощение возможно, если “поглощаемый" мешает “поглотителю" на рынке. STADA была очень скромно представлена на российском рынке. Их продажи не достигали миллиона евро. А продажи “Нижфарма" в прошлом году — более 50 миллионов долларов. Для них эта сделка — билет на российский рынок.

— Вы сказали, что выбрали троих потенциальных покупателей. Кто это был?

— В финал вышли фирмы “Актавис" (Исландия), “Полфарма" (Польша) и STADA. Самые лучшие условия предложили немцы. Но это вопрос не только цены. Выбор производится по многим критериям.

— То, что Младенцев остается генеральным директором...

— ...Не обсуждалось вообще. Это решение руководства STADA. Если покупается провальный бизнес, то меняется менеджмент. Если покупается успешный бизнес, то менеджмент меняют, только если есть уверенность, что бизнес без него может быть более успешным. Но это будет ясно через некоторое время. И я останусь, пока результаты моей деятельности будут их удовлетворять.

— Младенцев стал представителем STADA в России, СНГ и Балтии...

— ...И одним из девяти вице-президентов STADA. Горжусь этим назначением: я единственный гражданин России, входящий в руководство международной фармацевтической компании, и единственный ее вице-президент, которому меньше 40 лет.

Для меня это следующий этап развития. Если я раньше руководил одной компанией и глубоко участвовал в решении многих вопросов, то сейчас, когда я должен быть активным на российском, украинском, казахстанском рынках, да еще работать в интеграции со всеми компаниями, которые расположены по всей Европе, у меня, естественно, нет времени глубоко влезать в частные вопросы компании. Это уже переход на качественно новый уровень управления.

— Немецкий язык уже стал рабочим языком?

— Нет, рабочий у меня английский, и это большая проблема: не все в Германии говорят на нем. Кроме того, стал больше тратить времени на переписку — моя скорость печатания на английском раза в три меньше, чем на русском.

— То есть в Нижнем вас теперь трудно будет застать: работа, переезды. А как же друзья, отдых?

— Друзья, конечно, есть. Времени для общения практически не остается. Отдыхать при такой работе сложно, но надо держать себя в форме. Поэтому основной отдых — спорт. Дома — тренажер, в командировках — спортклубы.

Продажи ОАО "Нижфарм" в 1999-2003 гг., млн. долларов

P. S. Менеджерский азарт Андрея Младенцева действительно сродни спортивному азарту олимпийского чемпиона. Вот только олимпийское золото для спортсмена — предел мечтаний. А где предел мечтаний Младенцева, он не говорит. Может быть, потому что не определил еще его для себя. А может быть, определил, но не говорит, чтобы не сглазить. Спортсмены ведь суеверны.


Справка

Андрей Младенцев родился 10 сентября 1968 г. в Нижнем Новгороде. В 1992 г. с отличием закончил радиофак ННГУ. В том же году выиграл конкурс и занял должность начальника отдела ценных бумаг в НБД-Банке. 1994—1998 гг. — генеральный директор Регионального депозитария Нижегородской области. В 1995 г. вошел в состав совета директоров ОАО “Нижфарм". В 1996 г. избран председателем совета директоров ОАО “Нижфарм", в мае 1999 г. — генеральным директором компании. В феврале 2005 г. назначен на должность вице-президента компании STADA по России, странам СНГ и Балтии.

Компания STADA основана в 1895 г. в Дрездене. Аббревиатура STADA означает “Фармацевтический стандарт для немецких аптек". Занимает 3-е место в Германии и 14-е место в мире по объему продаж. Имеет компании в 17 странах Европы и Азии, в США. На российском рынке представлено около 30 препаратов компании STADA.

Андрей Чугунов, Биржа

Источник: Биржа, газета
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.