Бизнес по сердцу

Александр Гагаев — создатель первой и пока единственной в стране частной кардиохирургической клиники.

Около трех часов длится операция на сердце. И именно столько посвятил общению с «ДК» Александр Гагаев — создатель первой и пока единственной в стране частной кардиохирургической клиники. Бизнес Гагаева уникален, но сам хирург морщится, когда его называют бизнесменом. «Я очень хорошо отношусь к этому слову, потому что оно означает «человек дела», — говорит он. — Но я человек страсти и вряд ли смог бы заниматься делом отстраненно и хладнокровно».

досье:

Александр Гагаев
Родился 12 октября 1956 г. в Ленинграде.
ОБРАЗОВАНИЕ: В 1980 г. окончил Горьковский медицинский институт.
В 1987 г. защитил кандидатскую диссертацию.
С 1995 г. — член Всемирной ассоциации кардиохирургов.
В 2002 г. учредил частный центр хирургии сердца «Коралл».
С 2008 г. — заведующий отделением сердечно-сосудистой хирургии ОАО «НКХЦ» (клиника «Коралл»).
cемья: жена, три сына и дочь.

«В 1974 г. у меня не было желания поступать в мединститут — я мечтал о ядерной физике, — рассказывает хирург. — Но когда учился в десятом классе, мама серьезно заболела. Ее не могли вылечить в нашей стране, даже в Москве. Разумеется, сработал юношеский максимализм: как же так, раз никто не может, я должен сделать это сам». Закончив с золотой медалью среднюю школу, Гагаев поступил в мединститут.

Опыт на артериях

На первом же занятии по анатомии не обошлось без курьезов. «Мне не хватило мозгов, — вспоминает медик. — Ни моих, ни препаратных. Буквально! Для меня не хватило тогда препарата головного мозга, и я сидел как сиротинушка». Когда Пал Палыч (так по-свойски называли преподавателя студенты) заметил это, он дал Гагаеву препарат «человеческое сердце» и сказал: «Посмотри — вот это коронарные артерии, препарируй их». И несмотря на то, что первокурсник понятия не имел, как устроено сердце и что такое коронарные артерии, после нескольких попыток сделал все правильно. Заметив это, педагог на следующее занятие принес студенту книгу Василия Ивановича Колесова «Хирургическое лечение коронарной болезни». «Я «проглотил» ее как детектив и решил стать коронарным хирургом», — вспоминает Александр Гагаев.

Через три года после окончания института ему удалось поступить в аспирантуру к знаменитому нижегородскому хирургу — академику Борису Королеву. Он направил Гагаева в рабочую командировку в Институт сердечно-сосудистой хирургии в Москву. Полученный там опыт молодой доктор благополучно привез в Нижний Новгород. «Но я опять чувствовал: что-то не то. Условно говоря, вот мы смотрим на 24-ую «Волгу», видим, что она слизана с «Мерседеса» своего времени. Вроде четыре колеса и столько же дверей, но что-то не так. Какие-то есть секреты и фокусы, которые нам не доступны».

Хирургу хотелось выведать все секреты с родины аортокоронарного шунтирования — США. И Гагаев пустился в авантюру: «Я написал Джону Вебстеру Кирклину — это один из самых знаменитых кардиохирургов мира, его перу принадлежит «Голубая книга», популярнйшая книга о кардиохирургии. Спустя месяц из Америки пришло приглашение на учебу и работу в университетский Центр сердечно-сосудистой хирургии в городе Бирмингем (штат Алабама). Оказалось, в Штатах есть два медицинских центра, которые принимают на стажировку иностранных специалистов, не требуя предварительной сдачи американского медицинского экзамена. В остальных центрах ты не имеешь права касаться священного тела гражданина США, не сдав этот экзамен. А его просто так не сдашь».

В этом центре Гагаев стал первым ассистентом гениального хирурга Альберта Пацифико, способного делать все виды операций на сердце. Ежедневно Гагаев был очевидцем того, как, фигурально выражаясь, готовят «лак Страдивари». Многие секреты профессии были открыты ему как члену команды.

В 1992 г. Гагаев вернулся в Нижний Новгород, почти 10 лет проработал в Специализированной кардиохирургической больнице, а затем решил создать абсолютно новую частную клинику — оснащенную современной техникой и передовыми кардиохирургическими технологиями.

Другая республика

«Мы посетителей «Коралла» не обслуживаем — это другая республика», — ворчливо объясняет гардеробщица больницы №13 в Автозаводском районе. С самого начала своей деятельности медцентр располагался в здании этой муниципальной больницы. Это не может не удивлять — большинство частных клиник открывается в нагорной части Нижнего Новгорода. Александр Гагаев: «Затеяв семь лет назад организацию частной кардиохирургической клиники, я отдавал себе отчет в том, что высокотехнологичная медицина — бизнес весьма финансовоемкий, и денег на строительство здания я не найду. Тем более, что без специальной ангиографической установки стоимостью $1,5 млн (она необходима для установления точного и окончательного диагноза заболевания сердца и магистральных сосудов) наша работа в принципе невозможна. Выход был один: найти место, где эта установка уже есть. Им оказалось городская больница № 13. Александр Гагаев решил, что за здоровым сердцем можно доехать и в заречную часть города, и заключил с руководством автозаводской больницы договор об аренде помещения для клиники и ангиографического кабинета. Однако из-за небольшой частоты кадров этот аппарат мог делать лишь исследование неподвижных объектов: сосудов конечностей, головного мозга, аорты и ее ветвей. Изображение работающего сердца было размытым, «нечитаемым». Александр Гагаев знал об этом минусе с самого начала, но другого выбора не было: на старт-апе нужно было арендовать площади хоть с какой-нибудь ангиографией. Поэтому, сообщает Гагаев, в первую очередь центр купил дорогую «разгонную» плату, которая подняла скорость съемки до 12–16 кадров в секунду. Это был технический прорыв к возможности выполнения коронарографии.

Расположение частной клиники внутри муниципального лечебного учреждения было не столько вынужденным выбором, сколько стратегическим ходом. Больница №13 — крупнейшая клиническая база региона: здесь сконцентрирована современная оснащенная медицина многих направлений: неврологии, эндокринологии, пульмонологии, гастроэнтерологии, урологии, нефрологии, офтальмологии, дерматологии, эндоскопической и открытой абдоминальной хирургии. «Коралл» просто врос в основное здание и находится с ним в симбиозе», — шутит хирург.

По лезвию скальпеля

В 2001 г. в новоиспеченного предпринимателя поверили две категории людей. Первая — это специалисты, которые пошли вслед за ним из государственной медицины. Всего 16 человек, в том числе жена Ирина, по словам Гагаева, блестящий хирург. Вторая категория — инвесторы, которые вложились в сердечный бизнес. В основном это были люди, чьих родных и близких он оперировал, или его бывшие пациенты. «Видимо, дело в том, что, когда оперируешь человека, невольно становишься ему родным, — рассуждает медик. — Все-таки ты останавливал сердце этого человека, держал его в руках, оперировал, а затем заводил снова».

Как вспоминает Александр Гагаев, деньги на создание клиники инвесторы не бросили наотмашь, словно в полынью: «Они не окунули нас в сумасшедшие деньги, а дали лишь небольшую порцию — $100 тыс. — и за год подняли сумму вложений до $700 тыс.». Это позволило сделать хороший ремонт в нескольких палатах и купить оборудование для операционной и реанимации. Инвесторы предложили хирургу организовать открытое акционерное общество. «Чтобы легализовать получение денег, — пояснил он. — Вы эмитируете акции, а мы покупаем их. Кроме того, сама форма открытого акционерного общества позволяет на любом из этапов привлекать новых инвесторов, эмитировать следующие эмиссии акций и таким образом получать деньги в нужном количестве». Кроме того, одному из инвесторов принадлежит крупный банк, где «Коралл» мог получать заемные средства под максимально льготные проценты.

Для того чтобы эмитировать акции, медицинскому центру пришлось выполнить все условия Федерального комитета по ценным бумагам (ФКЦБ). Параллельно шел непростой процесс получения лицензии на все виды медицинской деятельности. Через два года, убедившись в том, что клиника не убыточна и требования Гагаева к себестоимости продукта (если так можно назвать операцию на сердце) вполне адекватны, инвесторы приняли решение о серьезных вложениях. Например, купили Гагаеву собственный ангиографический комплекс за $1,5 млн — ту самую установку, о которой он так мечтал в начале пути.

Себестоимость сердца

«Нас считают элитной клиникой, но мы ею не являемся, — делится соображениями Александр Гагаев. — Да, лечение в «Коралле» недешево, не каждый, к сожалению, может у нас лечиться, особенно люди без корпоративной страховки». По этой причине основной контингент «Коралла» составляют пациенты с полисами добровольного медицинского страхования (ДМС). Их число колеблется год от года, но в среднем это 70% от общего потока. Именно среди застрахованных много людей самых обычных профессий — водители, токари, слесари. На высокую стоимость кардиохирургии напрямую влияет то, что наша страна ничего качественного для этой отрасли медицины не производит. Вся техника и все расходные материалы — импортные, а следовательно, дорогие. «Но опять же, смотря с чем сравнивать, — оговаривается кардиохирург, — каждый день мы видим город, заполненный автомобилями, стоимость которых намного выше основательной починки сердца. И я знаю, что, если выглянуть в окно, взяв мегафон в руки, и крикнуть: «Ребята, новая BMW, в целлофане — шесть тысяч долларов!», выстроится очередь, конца не увидите. А если прокричать: «Ребята, новое сердце! Вы будете жить, любить, зарабатывать деньги»... Никто не придет. Потому что здоровью в России грош цена. Должны пройти десятилетия, пока народ примет добровольное медицинское страхование как обязательное условие качественной медицинской помощи».

Сейчас в стране работает несколько десятков страховых компаний, с 36 из них у клиники сердца заключены договоры. «Коралл» наладил партнерские взаимоотношения с игроками рынка «больших корпоративных страховок»: «СОГАЗом» (Страховым обществом ГАЗ), «ИНГОССТРАХом», «Капиталъ-МС», Военно-страховой компанией, «Шексной». «Рядовые сотрудники «Севергазпрома», например, застрахованы на сумму в 300 тыс. руб. Такая страховка покроет любую операцию», — объясняет доктор Гагаев.

Помимо пациентов с полисами ДМС, главный хирург частной клиники всеми способами бьется за так называемых квотных больных. Размер федеральной квоты на выполнение операций на открытом сердце равен 208 тыс. руб. «Федеральным кардиоинститутам этой суммы недостаточно, — констатирует Гагаев, — а нам хватает. Почему? Да потому что мы компактны: площади меньше, соответственно, энергетические, тепловые, водные и амортизационные затраты ниже, чем в Москве. Персонал взаимозаменяемый, многофункциональный — это не раздутый штат бюджетной организации. При этом мы всегда оперируем на всем одноразовом, в новой экипировке. На каждую операцию используется новый дыхательный контур, два электронных датчика давления — я точно знаю, что так не делает никто в стране».

Хирургия в белом

Как рассказывает хирург, с самого начала клиника работала только «в белую»: «Мы платим большие налоги, но, с другой стороны, у контролирующих органов не к чему придраться. И последний раз мы получили лицензию уже федерального уровня без единого замечания, хотя и после жесткой проверки».

По мнению Александра Гагаева, центр «Коралл» может составить конкуренцию федеральным кардиоинститутам не только в части стоимости операции. Накануне интервью «Коралл» действительно получил лицензию на оказание высокотехнологичной медицинской помощи в разделе сердечно-сосудистой хирургии. «По итогам всех операций, включая 88-летних пациентов, общий риск смертности в «Коралле» в 2007 г. составил 2,3% — как в лучших хирургических центрах Америки. И для меня это самый важный показатель — гораздо важнее, чем рентабельность, обороты и капитализация, хотя и с ними у центра тоже все в порядке».

Если прокричать в форточку: «Ребята, новая BMW, в целлофане — шесть тысяч долларов!», выстроится очередь, конца не увидите. А если прокричать: «Ребята, новое сердце, вы будете жить, любить, деньги зарабатывать наконец»... Никто не придет!


Алексей Марков, "Деловой квартал-Нижний Новгород"
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.