Дмитрий Барыкин: "Когда рубль падает, мы растем"

Интервью с генеральным директором АО "Завод Красный Якорь" Дмитрием Барыкиным.

Пока все ждут нормализации курса рубля и ссылаются на санкции, генеральный директор АО «Завод Красный Якорь» Дмитрий Барыкин доволен низким курсом национальной валюты.

Дмитрий Барыкин вышел со своей продукцией на китайский рынок и расширил сферу интересов до станкостроения. Специально для ДК он рассказал о возможностях кризисного периода и новых горизонтах.

Генеральный директор АО «Завод Красный Якорь» Дмитрий Барыкин признается, что 2014 г. был очень сложным для предприятия. Почти 70% всей продукции «Красного Якоря» составляют цепи для угледобывающей промышленности и судостроения. Оба эти рынка в 2014 г. переживали стагнацию. Новые угольные шахты не открывались, а существующие использовались не на полную мощность. Соответственно цепи не изнашивались, и у компаний не было необходимости их менять. Судостроители тоже заморозили свои инвестиции. Все замерло. «В конце 2014 г. еще и рубль резко упал, а банки из-за непонимания макроэкономической ситуации отказались перекредитовывать завод. Мы вошли в так называемую красную зону, когда новые кредиты не выдавались, а деньги со счетов списывались в счет погашения прежних займов», — говорит он.

Как изменилась ситуация в 2015 г.?

— В первом квартале прошлого года нам тоже было тяжело. Нашу продукцию брали, но денег не платили, ссылаясь на их полное отсутствие. Пока игроки рынка пытались понять, что же происходит и когда это кончится, платежи были остановлены. Правда, отгрузку продукции мы производили, так как боялись потерять своих клиентов, но денег не получали. В апреле у нас появилось то, во что не все верят — импортозамещение. Все те, кто безуспешно пытался конкурировать с дешевой импортной продукцией, разом стали конкурентоспособными. В том числе и «Красный Якорь». Наша рублевая цена на цепи при перерасчете на курс доллара стала ниже китайской. Также в 2015 г. стало оживать отечественное судостроение, появились оборонные и гражданские заказы.

То есть девальвация рубля, даже шоковая, стала для вас серьезным инструментом по оживлению бизнес-процессов?

— Именно! Падение рубля спасает производственников, помогает вести бизнес и даже развиваться. О низком курсе рубля плачут те, кто ничего не производит, не дает добавленной стоимости. Как правило, это перепродажники и спекулянты. Они точат нашу экономику, как червь яблоко. Ничего не производят, а только перераспределяют. В этом плане наша экономика нездорова. Низкий курс рубля поднимет производства — большие заводы и маленькие компании, которые могут быть численностью и в пять человек. Нам необходимо, чтобы наша страна славилась не только нефтью и газом, но и имела развитую, высокотехнологичную промышленность. Мы же хотим, чтобы Россия была сильной.

А как же необходимость модернизации производства? Многие из-за обвала рубля не смогли ввезти оборудование или не получили кредиты.

— Да, есть такая проблема. Но «Красный Якорь» все сделал вовремя. В 2011 г. при поддержке Сбербанка мы реконструировали два цеха и закупили новое оборудование. Вложили 20% собственных средств, 80% заемных, и в 2015 г. наши новые линии уже выпускали те самые цепи, которые потеснили на российском рынке китайские.

Вы ничего не сказали о возможностях господдержки, о которой так много говорят власти. Сумели воспользоваться в этот непростой период?

— Не сумели. «Красный Якорь» не проходит ни по одной программе.

Почему?

— Чтобы принять участие в программах, необходимо подготовить огромное количество документации, а у нас на это нет ни времени, ни ресурсов. К тому же далеко не все условия нас устраивают.

Как промышленник какой вид помощи от государства считаете самым эффективным?

— Промышленников бы устроило, если бы государство компенсировало напрямую банку часть кредита, например, в размере ставки рефинансирования, которая составляет 8,5%. Таким образом, предприятие получило бы кредит под 3-5% годовых на длительный срок 5-7 лет и смогло бы себе позволить модернизацию.

Китайский рынок — один из самых сложных

В прошлом году в Китае «Красный якорь» смог выйти на рынок горно-шахтных цепей и потеснить немецкую продукцию. Как признается Дмитрий Барыкин, это было непросто и небыстро: «Мы начали свои контакты с китайцами еще три года назад: посещали профильные выставки, знакомились, 1,5-2 года вели переговоры, ездили друг к другу в гости. Китайцы не приемлют никакого давления, их нельзя торопить, иначе они вообще могут отказаться от переговоров. Все проходит медленно, с постоянной демонстрацией лояльности. У китайцев все проверяется временем. Наши английские партнеры говорят, что для выработки полного доверия на азиатском рынке надо проработать 5-10 лет. Но зато потом работа строится быстро и четко. Кстати, отмечу, что мы вышли на китайский рынок в очень непростой для них год — угледобывающая промышленность Поднебесной переживала кризис и упала на 30%».

Вопреки расхожему штампу Китай очень строго следит за качеством ввозимых товаров. Цепи «Красного Якоря» оказались лучше немецких?

— Китай действительно очень серьезно подходит к качеству. Наша продукция и само предприятие устроили китайских партнеров и прошли многоуровневую государственную сертификацию. Сейчас мы планируем расширить номенклатуру поставок, но для этого придется вновь пройти все этапы по каждому виду продукции. Мы готовы к этому.

У вас есть виды на Европу?

— В Европе нам интересны крупнейшие судоверфи Нидерландов, Германии, Норвегии и Швеции. Но западный рынок заполонили якорные цепи китайского и южно-корейского производства. Азия там вне конкуренции: она поставляет много, дешево и сердито. Китай отгружает продукцию вперед и с огромными отсрочками платежей. На складских площадках посреднических компаний хранятся запасы цепей, равные нашему годовому объему. Словом, русские цепи там никто не ждет.

Вы же не оставите попыток попасть на европейский рынок?

— Конечно, не оставим. Надеемся найти контакты с нидерландскими компаниями при поддержке правительства Нижегородской области. Планируем участвовать в судостроительных выставках в Норвегии и Швеции.

Надо отталкиваться от мирового опыта

На территории завода «Красный Якорь» планируется открытие сборочного производства станков линейки концерна FFG. Пока станки на 70% будут состоять из импортных комплектующих — немецких и южно-корейских. Одобрение FFG уже получено, подчеркивает Дмитрий Барыкин.

«Сейчас мы собираем всю необходимую документацию, готовимся к получению лицензии Минпромторга РФ на пять лет и постепенно доведем объем отечественных комплектующих до 70%. Поэтому шильдик Made in Russia будет обоснованным. Первая экспериментальная сборка начнется в сентябре-октябре этого года, чтобы обкатать процессы, настроить оборудование и подготовить персонал. А настоящий запуск сборки произойдет в первом квартале будущего года».

Кто станет покупателем этих станков?

— Российские промышленные предприятия. Мы будем собирать наиболее востребованные нашими производителями станки. Ведь пока все ищут решение задач модернизации за рубежом. Например, в 2014 г. российские промышленники ввезли фрезерного и токарного оборудования из Европы на 1 млрд евро.

На какой объем вы планируете выйти в станкостроении?

— За пять лет планируем выйти на объем в 20 млн евро в год. Это капля в море для российского рынка. Поэтому перспективы роста самые широкие.

Почему вы считаете, что без кооперации с зарубежными партнерами возродить российское станкостроение невозможно?

— Поймите меня правильно — я вовсе не сторонник мысли, что заграница нам поможет. Не поможет, все надо делать самим. Однако станкостроение — это такая сфера, где использование передового мирового опыта всегда было ключом к успеху. Даже в советские годы станкостроение использовало немецкие, американские, чешские наработки. Проще говоря, зачем изобретать колесо, если оно уже изобретено и им можно пользоваться? Надо брать лучшие образцы и отталкиваться от них, развиваться, совершенствоваться самим. По этому пути шли все лидеры рынка, включая японцев.

Чтобы работать на современных сложных станках, необходимо обучать персонал. Как решить эту задачу?

— Это задача государства в первую очередь. Студенты и преподаватели должны иметь возможность обучаться по международным программам и применять знания на российских предприятиях. Это тоже часть мирового опыта. Пока же «Красный Якорь» сам готовит кадры, которые умеют работать на сложном оборудовании.

Льготное жилье — «конфетка» для работника

«Красный Якорь» занимает 17 га собственной земли, в том время как аналогичные европейские заводы помещаются на 4-5 га. Предприятие начинает концентрировать производство, образно говоря, собирать его в кулак, ужимаясь до 10 га, говорит Дмитрий Барыкин. «Этой территории нам хватит, чтобы кроме производства цепей и станкостроения развивать и третье направление — производство металлоконструкций. Раздувать территорию не стоит. Ведь логистика на территории — это тоже дополнительные затраты».

Жилье рядом с промышленным предприятием — это безопасно?

— Если речь идет о «Красном Якоре», то да. Наше производство экологически безопасно, и у нас есть все документальные подтверждения этому. К тому же мы планируем вынести с территории завода наше кузнечно-прессовое производство и уже подыскиваем для него площадку в дзержинском направлении.

Как у промышленника родилась идея строительства жилых домов?

— Сейчас любое производство испытывает нехватку качественных инженерных кадров. А комфортное жилье на льготных условиях — это «конфетка», которая поможет удерживать квалифицированных работников. Мы готовы инвестировать в проект 1 млрд руб.

Источник: DK.RU


Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.