Владимир Гройсман: «Бумажная книга не исчезнет»

Интервью с руководителем старейшего в Нижнем Новгороде издательства "Деком" Владимиром Гройсманом.

Владимир Гройсман — человек, с которым можно записывать интервью на десятки непересекающихся тем. Он — руководитель старейшего в Нижнем Новгороде издательства «Деком», директор ветеринарной клиники «Зоозащита-НН» и благотворительного фонда «Сострадание». Под его началом — центр йоги, несколько кафе… И все-таки в первую очередь Гройсман — издатель. Человек, который «чувствует» книги еще на этапе создания и умеет видеть, какой станет их будущая жизнь.
— Владимир Яковлевич, как развивается книжный рынок Нижнего Новгорода? Люди действительно меньше читают бумажные книги, а больше — электронные?

— Ваш вопрос чуть запоздал: период суицидальной уверенности в том, что бумажная книга исчезнет под напором электронной, прошел года полтора-два назад. У тех, кто регулярно читает книги, на первое место вышла не «электронность» их, а совершенно другие критерии. Книгу хочется ощущать тактильно, перелистывать ее страницы, чувствовать запах типографской краски. Я и сам, кстати, предпочитаю бумажные носители.

— То есть электронные «читалки» остались уделом избранных программистов, и не более?

— Нет, почему же. Конечно, альбом по искусству никогда не заменишь электронным аналогом. Но есть сегменты, в которых заметно снизился объем продаж. В первую очередь это бульварная литература — та, что раньше покупали себе в дорогу, а потом выбрасывали. Не думаю, что увеличился объем скачиваний таких книг в Сети, скорее, дело в подросших ценах: книги стали дороже, и купить себе «чтиво на раз» решается далеко не каждый. Кроме этого, снизился объем продаж учебников — и это тоже не потому, что электронный учебник лучше, а потому, что цена на такие книги была неоправданно высокой. Если сравнивать два издания: художественную литературу и, например, учебник алгебры или биологии для восьмого класса — то при одинаковом качестве бумаги, переплета, тираже учебник оказывался в полтора раза дороже. Соответственно, как только появилась возможность не покупать книгу, а скачать ее из интернета, школьники и студенты этим воспользовались. Третий сегмент, в котором электронные книги составили серьезную конкуренцию бумажным, — это бизнес-литература. Тоже, кстати, раньше неоправданно дорогая. Ну и прикладные издания формата «100 рецептов на все случаи жизни» также перестали пользоваться повышенным спросом.

— А как насчет DVD? Диски все еще покупают?

— Нет, и это логично. Мы закрыли этот отдел, и то еще удивлялись, как долго он прожил: с дисками все стало понятно еще три-четыре года назад.

— Что сейчас расположилось в бывшем отделе DVD?

— Сопутствующие товары, которые вроде бы имеют весьма отдаленное отношение к книгам, но прямое — к людям, которые читают книги. Я имею в виду отдел скрапбукинга, товаров для художественного творчества: люди стали намного больше заниматься такого вида хобби.

— То есть чтение книг и домашнее рисование взаимосвязаны?

— Да, именно так. Новые отделы снивелировали снижение спроса на некоторые виды книг. Но печально то, что в масштабах страны люди читают все меньше и меньше. Опросы общественного мнения показывают, что у нас уже около 30% населения не читает вообще. Поэтому снижается и количество наименований издаваемых книг, и тиражи. А снижение тиража приводит к увеличению себестоимости, что опять же снижает спрос — круг замкнулся.

— Государство никак не стимулирует книгоиздательство?

— Нет. Впрочем, и нигде в мире наши коллеги не получают помощи от государства. Только рост цен на все — от энергоносителей до иностранной валюты.

— Но представители промышленности нередко говорят, что им выгоден слабый рубль.

— Вот смотрите. Мы хотим издать, к примеру, мемуары известного человека — яркого, интересного, но иностранца. Значит, мы должны купить авторские права на его книгу и заказать качественный перевод. «Права» стоят в среднем 1 тысячу долларов. Как, по-вашему, книгоиздателям нужен слабый рубль?

— Что же тогда остается читать нижегородцам? И что они читают?

— То же самое, что и раньше: нон-фикшн, современную российскую прозу — Улицкую и прочих известных авторов. Молодежь с упоением читает «Шантарам» Грегори Дэвида Робертса — я, честно признаюсь, не смог ее одолеть.

— Много ли жители нашего города пишут?

— Намного больше, чем лет пять-десять назад. Меня радует, что нижегородские авторы начинают проявляться не только здесь, в Нижнем — о них уже говорят в России. Звезда номер один сегодня, конечно, Захар Прилепин. Но если лет десять назад я бы с ходу не назвал ни одного популярного автора-нижегородца, то сегодня озвучу целый список фамилий.

— Сегодня напечатать собственную книгу может любой человек: электронные платформы по созданию бумажных книг дают возможность издать книжку тиражом пять-десять экземпляров.

— Это рай для тех, кто хочет увидеть свои тексты в настоящей книге. Это же фантастика: ты можешь напечатать собственную книгу — с качественной полиграфией, хорошей обложкой — и стоимость ее издания будет вполне по карману!

— Это не нивелирует книгу как элитарный продукт?

— Нивелирует. Ну и ладно! Зато люди смогут увидеть свои заметки в том виде, в каком читали «Войну и мир». Это же здорово! Более того — мы в 2016 году закрыли нашу типографию массового цикла: она пережила все кризисы, но не смогла пережить нынешний: колеблющийся курс доллара и необходимость платить за запчасти в иностранной валюте сделали свое дело. На ее место мы покупаем цифровую печатную машину и поставим оборудование, у которого в России практически нет аналогов. Уже через пару недель сможем делать книги в жесткой обложке, не отличающиеся внешне от тех, что изданы классическим способом, — но тиражом от одного экземпляра и по крайне низкой цене.

— То есть теперь и у вас можно будет напечатать и книжки, и безумно популярные у молодых родителей семейные фотоальбомы?

— Да, сегодня именно в этом мы видим развитие издательства.

Источник: Биржа № 11 от 14 Июня 2016


Светлана Иконникова, Биржа
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.