Игорь Альтшулер. Мера успеха

Интервью с Игорем Альтшулером известным российским бизнес-аналитиком и консультантом.

Часто слышим — вот кто-то добился большого успеха. А чем измеряется успех? Его критерии? Карьера, награды, признание, деньги? «Нет, деньги тут плохой измеритель, — считает Игорь Альтшулер, известный российский бизнес-аналитик и консультант, — карьера тоже понятие весьма относительное. По-моему, успех измеряется самим человеком!» С таким утверждением можно, наверное, поспорить, но давайте послушаем его доводы.

Игорь Альтшулер автор 17 книг о бизнесе, стратегическом управлении, маркетинге, инженерном консалтинге и умном производстве (три из них переведены на английский язык). Он член советов директоров и экспертных советов целого ряда крупнейших российских промышленных, торговых и сервисных компаний, преподаватель престижных вузов: Академии народного хозяйства и Высшей школы экономики. Казалось бы, вот пример блестящей карьеры. А он опять — «Нет! Я совсем не карьерный человек».

— Ты не бизнесмен, а консультируешь крупные компании (поясним читателям: с Игорем мы знакомы много лет, поэтому на «ты»). Бизнес-гуру рекомендуют, уж извини, держаться подальше от тех советчиков, которые на своей шкуре не испытали всех «прелестей» предпринимательства и не добились убедительного успеха. Получается, ты нетипичный представитель профессии?

— Почему? Как раз классический представитель! Во-первых, я бизнесом занимался, разным, и неоднократно начинал свое дело, хотя и оказался тут не слишком удачлив. Перепробовал массу специальностей и понял, что быть середнячком не по мне. Каждый человек имеет право на уникальность, должен ее в себе искать и реализовывать. Зачем быть как все?

Про «убедительный успех» — я не уверен, что великие спортсмены должны быть великими тренерами. Чаще всего это не очень связанные вещи. У великого гроссмейстера Бронштейна тренер имел первый разряд по шахматам. Да и Хиддинга выдающимся футболистом не назовешь. А тренер мощный.

Думаю, что бизнесмен — это, прежде всего, лидер, первое лицо. А я, скорее всего, второе. Я не готов с шашкой и на белом коне куда-то скакать, это не в моем характере. Я полезен как человек, который расширяет горизонты, предостерегает, останавливает, рекомендует.

В бизнесмене, по-моему, должна быть склонность к рискам и доля здорового авантюризма. Я же по натуре консервативен. Если не путаю, великий Дисней банкротился раз 50, а потом снова и снова поднимался! Предпочитаю более спокойную жизнь.

Я преподавал в Швеции и Казахстане, стажировался в Америке, общался с консультантами из разных стран. Накопил большой опыт и по отраслям, и по проблематике. Этот опыт востребован. Пример: питерский бизнесмен изложил проблему, над которой он, по его словам, бился два месяца. А я ее встречал уже раз пять в жизни, разве трудно, зная пяток решений, вывести человека на одно из них?

О пользе накопленных решений поясню еще через шахматные аналогии. Начинающий шахматист так мыслит — хочу сходить конем и съесть пешку. Более опытный думает: я схожу конем, а противник ответит пешкой. Мастер считает на пять-десять ходов вперед: я туда, он сюда. А гроссмейстер мыслит позициями, а не ходами. У него пять или десять тысяч позиций зашито в голове. И он из существующей позиции стремится перейти в одну из огромного числа выигрышных или ничейных (по ситуации).

Я не хочу объявлять себя гроссмейстером, но и я мыслю позициями. Наверное, поэтому меня зовут при возникновении проблем.

Я когда-то, лет пятнадцать назад, изобрел шутливое определение маркетинга. Маркетинг — это умение вовремя слинять, а маркетолог — человек на шухере. И с каждым годом все больше убеждаюсь, насколько оно не шутливое. Не только маркетинг, но и весь бизнес — это умение вовремя остановиться, вовремя притормозить. Стартовать-то умеют многие, а вот тормозить…

Недавно был на кубке Италии по футболу, смотрел матч «Милан» — «Ювентус». Со стадиона возвращались со Станиславом Черчесовым, замечательным нашим вратарем и тренером. Станислав, — спрашиваю, — а ведь «Милан» играл лучше?! Он кивает — «Лучше». Но выиграл-то «Ювентус». Почему? Он объясняет: «Играть умеют многие, надо уметь выигрывать. Это разные вещи. Играть — это финты, пасы, движение... А выигрывать — это настрой, дух, дисциплина, команда, это вообще из другой оперы». А разве к бизнесу это не применимо?

Консультант для бизнесмена — катализатор, множитель. Но если бизнесмен «нулевый» — умножай не умножай, увы…

— Ты сильно переживаешь за своих клиентов?

— Чем профессиональнее становишься, тем отстраненнее воспринимаешь мир. Эмоции в нашем деле плохой помощник. Мне нравится общение с аудиторией, я всегда в интерактиве, в диалоге — обожаю вопросы, потому что вопросы важнее ответов.

На мой взгляд, самый достойный вид консультаций — процессное консультирование, когда ты не просто обучаешь и экспертируешь, а еще и «вклеиваешься» в процессы клиента, входишь в правление или совет директоров и наблюдаешь за бизнесом на протяжении многих лет. То есть не просто даешь советы, но и мониторишь их реализацию.

— Но это же колоссальная ответственность!

— Конечно. Мои западные коллеги часто спрашивают: а зачем тебе это надо? Проведи экспертизу, разработай рекомендации и положи их на стол директору. Я возражаю: это у вас можно положить на стол директору, а у нас директор сразу «положит» на то, что я ему положил на стол. Поэтому и надо «вклеиваться» в процесс, чтобы помочь добиться результата.

— Ты пунктуальный человек, живешь по расписанию?

— Чрезмерно пунктуальный. Когда я прихожу к назначенному часу на совещание, иногда бывает, что я единственный, кто пришел вовремя. Все мои планы и распорядок дня — все расписано в телефоне, в компьютере, на бумаге. И я уже сейчас знаю, чем буду заниматься в конце ноября, например.

— Так было всегда?

— Да, с детства. Была поставлена цель: золотая медаль 40-й школы, и все подчинялось этой цели. Я ушел даже из шахматного кружка, где мне пророчили большое будущее. Если надо было получить красный диплом университетского мехмата, то, чуть не плача, покинул и художественную самодеятельность... В итоге из 220 выпускников школы 1971 года — три золотых медалиста. И я в их числе. Красный вузовский диплом тоже в моей коллекции. Чувство долга всегда превалировало.

Я считаю, надо уметь говорить «нет!» всему второстепенному и сосредотачиваться на том, что умеешь делать лучше других и что любишь.

— Но стихи и шахматы тоже были любимы.

— А я и не отказывался от своих увлечений совсем. И студию чтеца в университете вел, и сам читал много лет стихи с эстрады. И журналы шахматные листаю. Но — всегда расставлял приоритеты во времени и пространстве.

— А что же в твоем понимании карьера?

— Я понимаю карьеру у военного: был капитан, стал майором. А у консультанта какие ступеньки? У меня нет в голове никакой лестницы, на которую я хотел бы вскарабкаться. Есть цели, но цели — не лестница. Они не предполагают непременного залезания «наверх».

Это у начальников вертикальная карьера, а у специалиста горизонталь — углубление знаний и навыков, расширение опыта, оттачивание мастерства.

— Тогда чем измеряется успех человека, если не деньгами и не статусом?

— Успех человека измеряется самим человеком. Чего хотел? О чем мечтал? Успех не измеряется деньгами, деньги плохой измеритель. Один мой клиент хорошо сказал: «Мы искали общую цель, деньги в этом качестве не подошли».

— А твоя жизнь успешна, ты достиг, чего хотел?

— Я не считаю, что успех это остановка, для меня это длящееся понятие. Я считаю, что, пока я могу соображать, пока я могу работать и делать то, что умею и хочу, — это успех!

— А деньги, что они значат для тебя?

— Возможность содержать сиделку для мамы, возможность ездить в приличном вагоне, жить в приличных гостиницах, обедать в приличных заведениях, покупать хорошие альбомы.

Денег должно быть просто достаточно для комфортной жизни, не более того. Я не стремился к деньгам ради денег и отказывался от проектов, которые сулили большие суммы, если они были связаны с повышенными рисками или с заниженной этикой.

— Сейчас ты не бедный человек, но, насколько я знаю, безденежье тебе тоже хорошо знакомо?

— Да, я вырос в семье, где работала одна мама (она 50 лет отдала школе), а бабушка лежала в параличе без пенсии. Хлеб мы покупали самый дешевый, кефир нежирный — через день. Что такое нищета, я помню, и мне не хотелось бы, чтобы подобное испытание проходила моя семья или мои дети и внучки.

— Бизнес 90-х и бизнес сегодняшний сравнить можно?

— Нет ни регресса, ни прогресса. Бизнес 90-х был бесшабашный и безбашенный. Сегодня он более осторожный. Относительно продуктивности и эффективности — я не заметил большого скачка. В массе своей мы сильно отстаем от эффективности бизнеса других стран. И уважение к частной собственности отсутствует по-прежнему.

— Но мы придем к победе капиталистического труда?

— Это зависит не от бизнеса.

— А от кого?

— Это зависит от состояния общества, все-таки именно общество выдвигает требования и к политике, и к бизнесу.

— А власть?

— Смешно ругать власть. Я же не ругаю собственную ногу за то, что она болит. Власть — часть общества, она порождена обществом. Политики, если не дураки, всегда чутко реагируют на запросы общества, явные и неявные. Ни один идиот не будет делать то, чего не поддержит большинство.

— Каков же, по-твоему, запрос общества на сегодня?

— На продолжение эры потребления, конечно. Народ, чуть «опьянев» от жирных лет, требует продолжения банкета.

— И что делать?

— Общество нуждается в ярких лидерах, которые бы разъяснили и убедили его, что при такой цене нефти и такой структуре экономики надо немножко поработать плугом, попахать.

— Сам-то ты много «пашешь»?

— Я встаю рано — в 4–5 утра. Что-то пишу, читаю. А нормальный рабочий день в девять утра начинается и кончается в девять вечера. Ложусь поздно, в 12 ночи. Не помню, чтобы отдыхал больше десяти дней подряд. Работа сильно затягивает. Я понимаю, что это не правильно, что обделяю вниманием семью, детей, двух внучек и друзей. Поэтому брать с меня пример никому не советую.

— Новые книги появятся? О чем они будут?

— О системном подходе к бизнесу и жизни. Многим бизнесменам не хватает именно системности. К сожалению, время одноходовщиков еще не закончилось. Схватить и убежать — вот идеология, которая не изжита и в среде предпринимателей. Но прирастает слой бизнесменов, которые всерьез думают как о своем будущем, так и о будущем своих детей, а значит, и о будущем страны. Для них я и пишу, и работаю.

— Ты сказал «плугом поработать» — это промышленность восстанавливать?

— Прежде всего надо восстановить нормальные международные отношения и поучаствовать в международном разделении труда. Понять, наконец, что же мы умеем делать лучше всех. У нас огромный потенциал по территории, по природным и человеческим ресурсам. Такие возможности пропадают — обидно!

— Роль «Биржи» в твоей жизни?

— Большая. Я пришел обозревателем в Биржу в 1992 году и работал в жестком режиме лет восемь, а сотрудничал еще больше. Почему говорю — в жестком режиме? Очень быстро понял, что труд журналиста — это очень тяжелый труд. Каждую неделю выдавать две полосы — «Информационный рынок» и параллельно «Портрет на фоне фирмы». Да еще на работе по специальности (я был тогда замдиректора совместного предприятия) тоже поднимать на гора требуемое — ломовая работа!

Я не стал великим репортером, но научился брать интервью довольно профессионально, что сильно пригодилось в консалтинге и преподавательской деятельности. И, кроме того, я научился слушать! До «Биржи» я умел хорошо говорить, в газете научился слушать.

Почему я назвал тогда рубрику для своих интервью «Портрет на фоне фирмы»? Потому, что газета была предпринимательской и необходимо было связать человека и его дело. Не просто человека, и не просто фирму показать, а их взаимосвязь. Систему. И успех этой рубрики был именно в ее системности.

Помнишь, в далеком 1992-м я тебя предупреждал, что я не журналист, а системный аналитик, поэтому, если кто-то напишет хрень, придется на планерках об этом говорить и думать, как изживать халтуру.

Я и сейчас предупреждаю тех, кто вводит меня в экспертные советы или советы директоров, о том, что бизнес-аналитик — это не человек, который хочет вам за ваши деньги угодить. Это неудобный для вас человек. Но полезный.

— Сегодняшние владельцы «Биржи» — бизнесмены. На круглом столе, посвященном 25-летию газеты, они предложили создать Общественный совет, который бы состоял из специалистов разных отраслей. Их экспертное мнение могло бы помочь в решении региональных проблем. Примешь участие в работе нашего совета?

— «Бирже» отказать невозможно. Если у ваших читателей будут вопросы — значит, будем вместе искать ответы.

Источник: Биржа № 13 от 12 Июля 2016


Владимир Лапырин, Биржа
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.