Интересы бизнеса

13.02.2008
Просмотров: 3915

С приходом нового губернатора в регион потекли инвестиции. Но зато ослабла поддержка малого бизнеса. Количество требующихся бумаг, как и количество проверок, выросло, инспекции почувствовали себя на коне.

Начав преподавать в Высшей школе экономики, Сергей Иванушкин в очередной раз убедился: научить молодых осознанно входить в жизнь гораздо важнее, чем дать бизнес-образование. Потому что, если жить и работать в кайф, будет получаться все. Иванушкина называют бизнесменом, интуитивно чувствующим успешные проекты, и удачливым венчурным инвестором. Наверное, это и есть следствие осознания целей собственного бизнеса. Благотворительными проектами он известен не меньше, чем коммерческими. Но, пожалуй, все больше его коммерческих проектов гармонично вписывается в понятие социально ориентированного бизнеса.

Встретившись с председателем Совета директоров ОАО “Нижегородский онкологический научный центр” Сергеем Александровичем ИВАНУШКИНЫМ, я попросила его обозначить проекции прошедшего года на частный бизнес. Начали масштабно — с России. Свернули на более глобальное — к душе.

Сырьевые мускулы

— Россия накачала достаточно мощные экономические мускулы. Нефть по сто долларов за баррель и 440 млрд золотовалютного резерва — это весомо. Это привело к стабильности. В стране выстроена действующая вертикаль власти, она понятна. Даже при том, что чиновничий аппарат вырос и приобрел реальную власть, что не есть хорошо. Создаются государственные корпорации, которые практически монополизировали определенные сферы. А можно ли конкурировать с государством? По факту, как правило, нельзя.

Надо понимать, что стоит за модным словом инновации. Если доходы из сырьевых областей перейдут в область производства — это для нас уже инновационный подход. Нужно, чтобы конкурентоспособными на рынке были не только нефть и газ, но и машиностроение, наука. Когда говорится о создании нанокорпораций, куда вливаются огромные средства, это пугает. Наука не дает быстрой отдачи, и это похоже на черные дыры, особенно если государство чиновничье. Когда страна, богатея, пытается решить глобальные задачи, проконтролировать каждого на местах тяжело. Наверное, это проблема не только России. Но и допускать, чтобы деньги налогоплательщиков пускали на ветер, даже с приставкой нано-, тоже не хочется.

Цена социальных вбросов

Государство заявило о развитии рыночной экономики с упором на человека. Надеюсь, не только в период выборов. Это правильно. При тех сырьевых запасах, которые мы имеем, стыдно, когда наши пенсионеры голодают, а бюджетники перебиваются с хлеба на воду. Разделение общества на богатых и бедных есть во всех странах, но Россия исторически является сострадательной, и государство должно этому соответствовать. Русские пока не бастуют, как французы, по поводу и без. Но наш народ долго терпит, прежде чем взрывается. Очень не хотелось бы доводить до этого.

То, что уровень инфляции вырос до 12 с заявленных 8,5 процента, — это результат социальных вбросов. Спрос за счет поступающих населению денег увеличился, а промышленность не успевает производить товар; предложение прежнее — и цена возрастает. Как развивать конкуренцию, если государство монополизирует все ключевые направления? Если конкуренция не будет развиваться более активно, инфляцию не удержать. Уже мало развивать производство, нужны другие сдерживающие факторы, в частности, сокращение денежной массы в обороте. А нам еще развивать инфраструктуру (дороги, железные дороги, аэропорты, порты), а ведь это отсроченный продукт, не приносящий быстрой прибыли. И это тоже к вопросу об инфляции.

Шаги к столичности

То, что в область пришел хороший хозяйственник, это здорово. Шанцев принес сюда правила игры, выстроенные в столице, сделал понятные шаги навстречу инвесторам. Областное правительство совершенно правильно взяло большие земельные участки под инвестпроекты в свое распоряжение. И инвестиции, которые до того шли только в Борский район, где Иванов внятно строил отношения с инвестором, пошли и в регион.

Но зато ослабла поддержка малого бизнеса. На общероссийском уровне. Слова о том, что в других странах малый бизнес занимает до 50 процентов ВВП, остались, а движений навстречу предпринимателю нет. Количество требующихся бумаг, как и количество проверок, выросло, инспекции почувствовали себя на коне. Не складывается партнерства власти с малым и средним бизнесом — нет соотнесения интересов. Скажем, не хватает частных садиков. А почему не давать здания или землю для того, чтобы бизнес развил это направление? Но для этого государство должно дать сигнал, что оно готово предоставлять льготные условия для бизнеса в определенных сферах, в которых государство не всегда эффективный собственник.

Не так заметно прошли некоторые шаги губернатора. Такие, как перевод управленческой компании “Группы ГАЗ” в Нижний. Это шаг к столичности, не из тех робких шагов, что когда-то были сделаны к званию “третьей столицы”. Для того, чтобы стать третьей столицей недостаточно красить Покровку. Нужны проекты, которые станут центром притяжения мирового масштаба.

Навстречу Богу

Нижегородский онкологический научный центр, который мы пытаемся запустить, может стать таким центром. Если будет создан в том виде, как задумано — современный клинический комплекс, наука, экспериментальное и серийное производство новейших средств диагностики и лечения онкологических заболеваний, учебно-исследовательский комплекс. Своего рода медицинская Силиконовая долина. Похожих центров в мире всего десять, в России нет ни одного. Если сейчас поставщиками ускорителей для медицины являются западные компании, то за счет Сарова мы можем стать конкурентоспособными Западу. Эту нишу надо завоевывать. Представляете, в НОНЦ съезжаются лучшие мировые умы, и это абсолютно другое звучание. И такое звучание возможно лет через 5—6.

Сейчас английская компания “Grant Thornton” заканчивает разработку стратегического плана, как в формате частно-государственного партнерства наиболее адекватно реализовать проект. Уже есть конкретная медицинская модель.

Губернатор сделал важную вещь — он этот проект в 2007 году представил Медведеву, по указанию которого Минздрав РФ его изучил и одобрил, рекомендовав вынести на финансирование инвестфонда. Принято решение выделить открытому акционерному обществу “НОНЦ”, в котором у правительства 25 процентов пакета акций, 50 миллионов рублей из областного бюджета. На эти деньги можно начать оформлять заявку в инвестфонд, начать с земли, потому что бесполезно там продвигать проекты, которые висят в воздухе. Есть решение областного правительства о выделении земли под целый медицинский городок, где помимо НОНЦ будет ожоговый центр и центр эндопротезирования, центр адронной терапии. Если речь о паритетных началах, значит, мы должны найти 150 млн частного капитала.

Идея родилась три года назад в стане нижегородских медиков и ученых. И я хочу внести свой кирпичик в стену противостояния раку. Бог за нас все не будет делать. Он говорит: уж вы потужтесь, а я помогу.

Кирпичики в здоровье

Лаборатория крови “Гемотез” — это реализованный проект. И, на мой взгляд, перспективный. Людям удобно. Не нужно выстаивать очередь к врачу, чтобы получить направление на анализ: если пришел в клинику “Гемотез” с утра, то после обеда по электронной почте получишь результат. У нас на пл. Горького врач принимает бесплатно, подсказывает по результату анализа, к какому врачу обратиться. А весной бесплатный прием будут вести врачи в кабинетах в Щербинках и в Сормове.

Но медицина достаточно консервативная область, ее нельзя завоевать прыжком — люди присматриваются, потом привыкают. По моей оценке, мы имеем перспективу года через два забрать 50 процентов этого рынка. Сейчас у нас 8 пунктов, в том числе в Дзержинске, скоро появится в Кстове. В каждый кабинет инвестируется порядка 1 млн 200 тыс. рублей, и на 2008 год у нас запланирован ввод 5—6 кабинетов новых форматов, просторных, площадью порядка 70 кв. м, с более полным набором услуг.

Государство вскоре придет к тесному сотрудничеству в области диагностики с частными предприятиями. Уже сейчас на своем оборудовании я могу делать 50 процентов объемов анализов всех клиник города, экономя при этом процентов 30 бюджетных средств, высвобождая площади под кабинеты врачей, преодолевая ситуацию, когда талончики к врачу заканчиваются через 10 минут после открытия, а забор крови в поликлинике проводится два раза в неделю. На область нужно 3—4 современных централизованных лаборатории, а государство ставит в каждую поликлинику оборудование, современное, но простаивающее, потому что мощности лишние, персонал не обучен... Деньги потратили, о проделанной работе отчитались, а пользователю не лучше. Это подход?

Вечные ценности

Удовлетворение от удачного вложения денег — это важно. На определенном этапе количество денег уходит на второй план, главным становится их качество, на что они работают. За лабораторией крови “Гемотез” я постоянно слежу, думаю над тем, что нужно еще сделать, чтобы людям было более удобно и комфортно, и получаю от этого больше удовольствия, чем от работы над другими бизнес-проектами.

Например, ресторанный бизнес для меня — это дополнительное вложение денег. В этом году открываю четвертый ресторан. Уже можно сказать, что первые три, построенные с группой “ПИР”, — “Английское посольство”, “Карамель”, “Корчма” — удачные. Этот — интересный. В цокольном этаже Нижполиграфа вместе с Сергеем Рубаном (“Виталич”) мы создаем новый формат быстрого питания. Стиль заведения: конец 19 — начала 20 века (здание типографии неплохо обыграно), зал на 150 посадочных мест и отдельный небольшой зал; суши, кофейня, хорошая кухня. Хочется, чтобы люди в ресторане чувствовали себя комфортно, хочется создать демократичную обстановку, при которой каждый мог бы ощутить себя почетным горожанином. Думаю, в апреле уже сможете посмотреть, получилось ли. Быть здоровым и вкусно покушать, что взаимосвязано, как не крути — вечные ценности.

Время в кредит

“Банк Времени” — это не коммерческий, а социальный проект. Я его реализую вместе с Нижегородской службой добровольцев. По-моему, удивительная вещь, которая раскручивается, как маховик. Механизм действия прост. Каждый говорит, что может сделать — сходить в магазин, посидеть с ребенком, убраться, заниматься английским языком. Его услуги вносятся в базу данных. Он же говорит, что хочет взамен: вместе с кем-нибудь почитать книжку — востребовано!, отремонтировать телевизор и т. п. Арифметика простая: если ты посидел с ребенком два часа, они у тебя на вкладе, если с твоим ребенком сидели — ты должен “Банку Времени”.

Принцип заимствованный: год назад увидел по первому каналу сюжет про английский “банк времени” и подумал — хочу! Вложения минимальные. Думаю, в этом году достигнем тысячи человек, активно вовлеченных в банк, и на каждого придется по 7—10 услуг. Знаете синергетический эффект проекта? Люди становятся друзьями, внутри микрорайонов создаются сообщества, восполняющие дефицит общения. Мне кажется, это не менее важно, чем просто благотворительность. Да, мы проводим праздники для инвалидов, ребятишек возим на экскурсии, выдаем ежемесячные пособия детям, оставшимся без родителей. Но мне важнее развивать творческие задатки детей.

Краски радости

В свое время благотворительный фонд “Начало” дал юношеской команде по настольному теннису возможность ездить на соревнования (экипировка, расходы на поездки). В итоге город получил вице-чемпиона мира по настольному теннису.

Или в областной детской онкологической больнице создали арт-студию. Поставили семь столов с мольбертами — дети так увлеклись, не оторвешь поужинать. А какой эффект! Когда они приходят в арт-студию, в рисунках преобладают черные краски, а потом краски меняются — значит, мы что-то меняем к лучшему в их жизни. Думаю, повторить это в отделении гематологии, там, где дети долго лежат, где им тяжело.

Необходимость благотворительных денег в чистом виде — на лечение, сложные операции — не исчезнет. Но нужно формировать инфраструктуру, которая помогала бы развиваться творческой личности. Два года назад мы объявили, что под программы развития детей готовы оборудовать кабинеты-студии в детских домах, оплачивать труд преподавателей, психологов. Ну не хочу я вкладывать в игрушки и ремонты, это не решающее в том, чтобы дети выходили из детских домов не обозленными, а нормальными одухотворенными людьми. Что вы думаете? Ни один детский дом мне не дал такой программы! Что это — некомпетентность, зашоренность, или там считают, что путь детей-сирот предопределен? Кстати, предложение остается открытым.

Наталья МИРОНОВА

Источник: Курс Н, газета
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.