Эвакуаторы: дорожный диалог

11.11.2015
Просмотров: 1036

Год назад на улицы города вышли эвакуаторы. Они работали и раньше, но прежде на штрафстоянки увозили не более 30 машин в сутки. С августа прошлого года ежедневно эвакуируется около 200 автомобилей.

Сказать, что автомобилисты этим довольны, — значит, сильно погрешить против истины. Напряжение копилось год и этой осенью вылилось в движение «Стоп эвакуатВОР», которое в общегородском сознании воспринимается как борьба с эвакуаторами.

Хорошо ехать или хорошо стоять?

— А сколько мы в свой адрес угроз слышим каждый день — космос! — генеральный директор «Онтранс» Никита Злобин плавно останавливает свою машину на красный свет прямо перед стоп-линией. — Я не имею морального права нарушать правила. И тем более парковаться где хочу, — объясняет он.

После того как в «Бирже» появилась статья об инициативе «Стоп эвакуатВОР», он позвонил и предложил высказать свою точку зрения на проблему.

…Мы едем на завод «Чайка-Сервис», где для компании «Онтранс» заканчивается производство нескольких новых эвакуаторов.

— Сейчас в городе работает 50 эвакуаторов, 20 из них наши, — говорит Никита Злобин. — В нижней части города, особенно на Автозаводе, число машин, припаркованных с нарушениями, идет на спад. Нам оттуда вывозить практически нечего!

— Там с парковками проблем нет. А в верхней части люди не имеют возможности не нарушать.

— Не нарушать можно всегда. Смотрите: сейчас едем по Ошаре — мы едем, а не протискиваемся между машинами. Ну красота же! А возле Нижегородского универсама — сколько раз там троллейбусы вставали из‑за того, что проехать не могут? Сейчас таких проблем нет, — в его голосе звучит гордость за порядок на дорогах.

— Может, все-таки строить подземные парковки?

— Я считаю, что своей работой мы даем толчок к развитию города. Причем ощутимый материальный толчок. Если каждый день в городе эвакуируется 200 машин, а штраф за неправильную парковку составляет 1500 рублей, то ежедневно в бюджет поступает 300 000 рублей. Да, нужно строить парковки. Да, в верхней части города — подземные, иначе никак. Кстати, на нашем сайте мы открыли опрос, проголосуйте.

Открываю сайт: «Как вы считаете, на что должны уходить денежные средства, оплаченные службе эвакуации за перевозку вашего авто на штрафстоянку?» Голосую за вариант «На развитие инфраструктуры (парковки, светофоры)». Обнаруживаю, что я в меньшинстве. Нижегородцы уверены: деньги должны идти на создание мобильного сервиса. Чтоб, едва машину начали эвакуировать, им на телефон приходила смс с оповещением.

— Уже почти доделали этот сервис, — говорит Никита Сергеевич. — К концу года запустим. Нужно только заранее зарегистрироваться в системе — и пришлем смс.

— А может, инспектор просто позвонит и предупредит, что, если через 5 минут не приду, мою машину эвакуируют?

Никита Злобин вздыхает и объясняет, что нет такого закона.

Гроза фур и прицепов

На «Чайке-Сервис» нас встречает Антон Данилов, зам коммерческого директора.

— Мы все эвакуаторы создаем вместе с заказчиком. Тот, который покажем вам, делали полгода, сами разрабатывали конструкцию, — объясняет он, открывая дверь в новый цех с ровными, будто каток, наливными полами. Завод расширяется, и там, где пару лет назад гулял ветер, сегодня стоит ярко-желтый MAN. Гроза фур и прицепов.

— Вот на этом красавце будем эвакуировать брошенные вдоль дорог фуры, прицепы, можем и пазик увезти, — объясняет Никита Злобин, — вообще, проект этот для нас убыточный, но необходимый. За рулем маршруток работает много нелегальных водителей, но пока сотрудники ГИБДД не могут увозить автобусы на штрафстоянку. Теперь смогут. Брошенные прицепы и фуры мы тоже перетащим.

У MANа — две лебедки, специальный подъемник, который может подцепить прицеп, и множество видеокамер. Никита Злобин уверяет, что это тоже тактика его работы: в «Онтрансе» записывается буквально каждый шаг сотрудников и клиентов. Слишком эмоционально емкий это бизнес, чтобы можно было доверяться чьему-либо честному слову.

— Однажды случай был: мы эвакуировали солидный джип, его владелец догнал нас и с брелка открыл багажник. Понятно, что дальше ехать нельзя, — рассказывает он. — Но мы подогнали второй эвакуатор, тот ехал сзади и снимал на регистратор процесс транспортировки, фиксируя: из багажника ничего не пропало.

Социальный компонент

На обратной дороге продолжаем выяснять, на чьей стороне правда.

— Люди возмущаются: поставил машину, ушел на пять минут, ее тут же эвакуировали, — читаю сообщения в соцсетях.

— Так это значит, что мы качественно работаем! Сегодня процесс эвакуации легковых машин у нас занимает 2,5 минуты. Это ж здорово! — парирует Никита Злобин. — Вон, смотрите, — кивает на встречный эвакуатор «Онтранса», — водитель едет в форме, пристегнутый. Ну красиво же! А больная проблема — то, что автовладельцам приходится сначала ехать на штрафстоянку получать протокол, потом в ГИБДД его оплачивать и после этого обратно на стоянку за машиной. Я очень надеюсь, что в ближайшее время нам удастся найти техническое решение, позволяющее отсканировать протокол и отправить его в электронную базу ГИБДД. То есть водитель не будет кататься туда-сюда по городу.

Эдакий Робин Гуд от эвакуации. Рассказывает, как они, надев цепи на машины, возили песок на Мызинский мост, когда зимой фуры шлифовали на подъеме. Как сотнями перемещали машины с места на место в снегопады, давая возможность работать дорожным службам. Бесплатно перемещали.

— Никита Сергеевич, а как вы относитесь к движению «Стоп эвакуатВОР»?

— Меня очень обижает его название. Очень. Но я всегда готов обсуждать все спорные вопросы. Мы полностью открыты для диалога.

Источник: Биржа № 42 от 10 Ноября 2015

Светлана Лучева, Биржа

Источник: Биржа, газета
Нашли ошибку? Выделите текст с ошибкой и
нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней.
Нет комментариев.